artysmarty

Началась самая безумная арт-неделя Лондона – Frieze Week, в воздухе пахнет выпендрежем и истерикой, все клянчат друг у друга проходки на ярмарку, на вип-превью, на вечеринку, на хоть что-нибудь, где точно будет круто (я не исключение, гг, эта мания заразительна). Собрала карточки о ярмарках, на которые пойду – кстати, у кого есть проходка на PAD в среду вечером? ;)

В пятницу сходила в числе первых на ретроспективу величайшей современной художницы и сет-дизайнерки Эс Девлин и написала об этом для Hyper Culture Collective. Горжусь своей подругой Дашей Коноваленко, создательницей HCC, и рада для нее писать: успела буквально за секунду до того, как у Даши выйдет интервью с Хансом Ульрихом Обристом! Творения Девлин, как выясняется, отмечают со мной мои дни рождения уже не первый год. Я встретила свое тридцатилетие на концерте Muse в 2010 году – это был тур Resistance, и сет-дизайн, как я узнала на выставке, делала Девлин. А в этом году я отметила 46 в Ковент Гардене на открытии сезона восстановленным "Дон-Жуаном": там сервировали фирменный девлиновский куб, который она сделала в 2014 году с тогдашним директором оперного отдела Каспером Хольтеном.

На Байесский гобелен подали в суд Некто доктор Юсуф Али Осман подал в суд на Британский музей, потому что по выставке Байесского гобелена нет аудиогида. Доктор Осман полностью слеп, на сайте музея говорилось, что аудиогид будет, и вообще команда старается сделать выставку максимально доступной для посетителей. Когда доктор Осман попросил музей по мейлу подтвердить ему, что аудиогид действительно будет, его вежливо послали, сообщив, что приоритет отдается тем, кто так не выебывается в состоянии осмотреть гобелен без посторонней помощи. Огонь история, очень интересно увидеть, чем закончится. Я за то, чтобы музею надавали по жопе, потому что долой accessibility washing. Не планировали делать гид, не справились с потоком желающих смотреть – делайте соответствующую коммуникацию, не обещайте того, чего не можете предоставить.

В выходные Джулия Бренер сообщила о том, что нью-йоркский филиал галереи Pace теперь сдает помещения на верхних этажах своего здания, под грифом Breaking news. Не очень понимаю, что тут такого breaking – разве что здравая бизнес-логика теперь у мегагалеристов скорее исключение, чем правило?

Как у вас дела с планированием 2027 года? Вот у нас в Landerlander есть возможность взять в работу два проекта. Напомню: Landerlander – это наше с мужем семейное партнерство, где мы работаем с со всякими местами, делаем их притягательными и незабываемыми. Мы создаем позиционирование, коммуникационные и культурные стратегии, а также experience-дизайн — и затем помогаем реализовать все запланированное. Пишите мне @anastasia_lander или на hello@landerlander.com, чтобы обсудить ваши задачи, или перешлите тем, кому это может пригодиться. Кто наши клиенты? Музеи (не только арт), фестивали и фонды, отели, девелоперские проекты, коммерческие галереи, парки развлечений, места, которые еще строятся, бренды, которые думают о поп-апах и активациях, привязанных к месту (например, фэшн-марки, выходящие на новый рынок). Команды, в которых нет спеца по коммуникациям или креативу и которым он нужен. Как это выглядит? Вариант 1: Мы приходим к вам в команду как Head of comms и/или Head of creative на заранее определенный срок, настраиваем процессы, реализуем проекты и нанимаем себе замену. Вариант 2: Мы работаем проектно как агентство над позиционированием, брендингом, коммуникационной стратегией, активациями, запуском, каким-то важным открытием. Этим летом мы рассказали о междисциплинарной лаборатории и фестивале Notations '26 в ArtDaily и Le Quotidien de l'Art. Летнюю ретроспективу музея терракотовой скульптуры TERRA в зерновых силосах на Дунае мы сделали гвоздем белградской арт-жизни, придумав мультимедиа-экспириенс Terra Ephemera и выбрав неочевидный канал коммуникаций. В 2025 году мы выстроили позиционирование иммерсивного центра впечатлений Readles в Дубае. Приходите, буду рада поговорить и обсудить ваши задачи.

Воистину, токсичнее фэшн- и арт-мира только мир музыки. Вчера наткнулась на рил, в котором Дэвид Хилл, директор хора Bach Choir, показывает связь между Генделем и Моцартом на примере вступления к "Мессии" и к Большой мессе до минор. Ну, такой нормальный рил для не-специалистов, хор готовится к исполнению Большой мессы, директор греет аудиторию, очень все симпатично, мне было, например, дико интересно эту параллель услышать. ...только ленивый не оттоптался в комментах, показывая свою образованность: "French overture, of course!" "Well, it's a French overture, obviously, nothing new." "Not necessarily a Handel influence, Mozart must've heard a French overture from a dozen of Baroque composers" и так, БЛЯТЬ, далее. Это все ужасно, надо доступ к комментированию давать только по предъявлении справки от психиатра.

Что общего у двух десятилетних мальчишек и ярмарки Treasure House Fair? Когда-то в Лондоне была великая ярмарка Masterpiece – как если бы TEFAF Maastrich и Frieze London соединить вместе и показывать в Челси. Я (и вообще все) ее страшно любила: там было полно цветов, отличные кураторские подборки в духе cross-collecting, летом 2022 года я даже водила там туры для вип-клиентов, самыми випами из которых был школьный класс десятилетних детей – я им показала череп динозавра и дала потрогать погребальный сосуд египетский, очень этим горжусь. Ярмарка не пережила турбулентность постковидных лет: расходы росли, а европейских дилеров после Брекзита становилось все меньше, и в январе 2023 года ее закрыли. Однако двое сооснователей Masterpiece быстро создали по стопам былого величия новую ярмарку на той же площадке и назвали ее Treasure House Fair. Можно спорить о том, перекрыла ли Treasure House дыру, оставленную "Мастерписом", но что они делают блестяще – это коммуникация. Ежемесячно в инбоксы подписчиков падает рассылка от имени одного из сооснователей, Томаса Вудэм-Смита – максимально личная, персональная, живая. Сегодня, например, он написал о том, как повел своих сыновей, которым еще десяти лет не исполнилось, на мощнейшую выставку Аниша Капура, пропустив предупреждение о возрастной рекомендации 16+, а дети увидели в жутковатых кусках мяса тающее малиновое мороженое, до умопомрачения смотрелись в пропасти, покрашенные краской Vanta Black и были страшно довольны. И дальше рассуждает о том, сколько всего мы, взрослые, додумываем за детей, у которых вообще-то свои отношения с искусством. В Хэмптон-Корте они так увлеклись детским квестом, что почти не смотрели на сам дворец, а в Хардвик-холле прекрасно обошлись без развлечений, разглядывали все и задавали вопросы. Теперь он думает, как доработать детский маршрут по скульптурам на Treasure House, чтобы детям было интересно и хотелось задавать вопросы. Я пока не клиентка ярмарки, но я точно пойду на нее летом снова и снова. Из таких личных историй и складывается доверие, как ни крути.

Увидела у Насти разбор вирального текста Тима Шнайдера How Unhealthy Is Arts PR? и, как человек, который одновременно работает в PR и получает PR-питчи как медиа, почувствовала себя сразу и обвиняемой, и потерпевшей. Главный вывод исследования довольно безжалостный: журналисты ненавидят пиарщиков. И да, я тоже виновата. И в “наверное мое сообщение затерялось”. Иногда во втором фолоу-апе. Иногда, признаюсь, в третьем фолоу-апе. Цифры хорошо объясняют, почему это всех так бесит. Шнайдер опросил 33 арт-журналистов и редакторов с совокупным опытом более 200 лет. 88% говорят, что получают столько PR-питчей, что уже не могут их отслеживать, а больше 60% считают, что большая часть этих писем практически не таргетирована под их реальные интересы. AI тоже не помогает ситуации. Я, со своим каналом на 10 тысяч подписчиков и нишевом медиа на английском тоже тону в релизах и, справедливости ради, отвечаю КАЖДОМУ. Но так делаю только я, кажется, а когда питчу уже я, то это, как говорит Алина Полежаева, ХХХ — холд, холод, хамство. Уже не в 80% случаев, зачетка на меня уже работает, но в 20-30% :)) А пиарщики не плохие. Просто людей, которые пытаются получить публикацию, стало намного больше, чем людей, которые физически могут ее написать. В шести крупных арт-медиа, которые Шнайдер сравнивает, всего 41 фул-тайм редакторов, тогда как только в четырех крупных PR-агентствах как минимум в 2,5 раза больше клиентов. В России, даже с телеграмом, ситуция не лучше. В итоге журналист получает сотни релизов, приглашений и “нежных напоминаний”; PR получает клиента, который совершенно справедливо спрашивает: ну что там с Art Newspaper? и начинает писать еще один follow-up. А потом еще один. И один вдогонку. Самое интересное для меня в тексте вообще не «PR плохой», это старо как мир. Скорее то, что мы постепенно потеряли R из PR — relations. Журналисты в исследовании говорят именно об этом: вместо долгих отношений получается односторонняя система, где медиа воспринимается как ресурс, из которого надо любой ценой добыть публикацию. Опять же, я всегда-всегда за личную встречу и долгосрочные отношения, насколько возможно в зум-эру. А в Лондоне меня, кстати, несмотря не на татлеровские цифры медиа, зовут пить кофе довольно часто. В общем, дайте поймем, простим друг друга начнем жить дружно. Прощаю всех и простите меня! Что думаете?

Спасибо Анастасии Ландер за приглашение стать частью её рубрики - серии разговоров с женщинами, которые создают международные проекты в сфере культуры и креативных индустрий 💞 Поговорили немного о том, чем я занимаюсь в рамках Papillon’s Media Art Agency и не только. Оставлю наш разговор здесь, ещё он есть в Instagram и LinkedIn. И раз уж заговорили про эти соцсети, предлагаю найти там друг друга. Делитесь своими ссылками и краткой информацией в комментариях, будем на связи)

Этому каналу в ноябре 9 лет, я завела его, когда начала думать о движении из продуктового пиара и маркетинга в культурную сферу. За годы работы в ней я во многом пересмотрела свое отношение к арт-миру: из восторженного неофита превратилась скорее в критического ворчуна. Я отчетливо вижу два полюса. С одной стороны, многообразие начинающих художников, с работами самого разного качества, с очень разным уровнем развития практики и понимания себя в ней. Идеи, техника, самопродвижение тоже у всех разные. С другой, сливки рынка, элита, те, кто уже добился успеха. Их, конечно, в сотни раз меньше. Можно спорить о качестве их идей, о технике, говорить об ошибке выжившего, но чаще всего за этим стоят талант, помноженный на нечеловеческое упорство, профессионализм и готовность постоянно заниматься самопродвижением, нетворкингом, putting oneself out there. Я не верю, что в 2026 году можно добиться успеха только за счет одаренности, ведя богемный образ жизни, не вкладываясь в практику с умом и не планируя каждый шаг. То же самое с кураторами, дилерами, галеристами. Если вы не понимаете, как будете строить карьеру, где и как обзаводиться связями, кому продавать свои проекты и что вообще можете предложить индустрии, перспективы действительно туманны. Какие проекты вы хотите делать еще до того, как вас заметит институция? Что сможете предложить придирчивому коллекционеру, который ищет новую Трейси Эмин, или крупному художнику, которому нужен продюсер? Если после моих слов у вас поднялось давление и возникло желание системно спланировать карьеру, напомню о новом курсе Синхронизации «Арт-менеджмент», он стартует 21 сентября, вместе с сезоном. Тут за полгода разбирают функционирование рынка: от галерей и ярмарок до аукционов и продюсирования художников, плюс организацию выставок, финансовые, юридические вопросы, пиар и маркетинг. Будут посещения галерей и мастерских, общение с людьми, которые работают в индустрии – это самое ценное всегда. Это первый запуск, поток небольшой, а следующий набор курса будет только в 2027 году. Если вам тоже хочется разобраться, как устроен арт-мир изнутри, оставляйте заявку на курс здесь. Мой промокод ARTYSMARTY даст скидку 30 000 рублей.