Книжная одиссея

Если Ёрш айн, то на лицо должен выглядеть как-то так))

Я не умею особо пользоваться ИИ, генерирующими изображение, поэтому воспользуюсь плодами творчества Юли Стафеевой. Это главные герои «Острова Сахалин» Эдуарда Веркина: Сирень, Артём и Ёрш. Под огромным красным свитером, подаренным ему Сиренью, ребенок лишенный пальцев, конечностей, зубов и языка, потому что его заживо «разделывали», расчленяли на амулеты, из-за-того, что он альбинос. Ну, в общем, читайте)

Клубом читали в августе «Остров Сахалин» Чехова и Веркина Первого я бросила на середине. Не потому что плохо написано или не интересно, просто не понимаю зачем мне это. Ну, Россия, ну, каторжные, ну, безнадега. Ни на чем не настаиваю, все, кто дочитал нашли для себя ценность и вполне счастливы. Я же перехожу к рассказу об Острове Эдуарда Веркина. Переход от классика к зомби-апокалипсису был крайне неожиданным. Я не читала аннотации и не знала, что меня поджидает. Итак, ядерная война уничтожила мир, «сделав его плоским, как во времена Одиссея» (с) Цивилизация сохранилась случайно и только в Японии. Теперь, когда нет других государств, Сахалин вроде бы полноправно ей может принадлежать, но этого не происходит, а происходит что угодно другое. Этот мир чудовищен, переполнен тюрьмами, безумием и его крайностью: мобильным бешенством. Подобно Чехову по острову в научных целях путешествует футуролог Сирень. Естественно луч света, ищущий будущее для всех людей не сможет выжить, если у нее не появится любовь и проводник. Дальше не буду писать, мне все это кажется граничащим со спойлером. Закончится все плохо, но феномен Веркина в том, что закрыв последнюю страницу хочется начать книгу сначала. Так было и с «Соркой на виселице». В общем, несмотря на мерзость, трупы и бешенство очень советую. Потому что про надежду, потому что про будущее, на которое всегда есть шанс.

Мобильное бешенство. МОБ. От инфицирования до необратимого поражения организма порядка трех минут. Вопреки всем законам биологии, физиологии, вирусологии, физики, химии, вопреки всем законам природы. МОБа не может быть, но он есть. Собственно, существует версия, что мобильное бешенство не болезнь, а некая разновидность кар египетских, саранча забытого завета. Приблизительно через минуту после атаки вирус вызывает острый энцефалит, характеризующийся возникновением галлюцинаций, нарушением речи и резкими беспорядочными движениями. На этой стадии отмечается свето- и водобоязнь, проявления аэрофобии и первые признаки агрессии, направленной на всех, находящихся рядом. Организм отвечает на вторжение вируса мощным мышечным спазмом, что для обычного бешенства характерно лишь на поздних стадиях. Инфицированному неестественно выкручивает конечности, выворачивает шею, выгибает позвоночник, в результате чего примерно пятнадцать процентов зараженных получают повреждения костей и суставов, делающие невозможным их дальнейшее передвижение. Мышцы гортани сжимаются, человек рычит и нередко откусывает себе язык. Лицевые мышцы неконтролируемо сокращаются, что приводит к разрушению зубов, образуется характерная «улыбка дьявола», гримаса, которая не сходит с лица инфицированного до гибели. Кратковременный паралич приводит к спазму сосудов, что практически сразу вызывает серию микроинсультов, усугубляющих поражение мозга. Резко ухудшается зрение, по сути, оно становится периферическим, и для того, чтобы держать окружающие объекты в поле восприятия, инфицированный вынужден часто вращать головой – опять же характерный для МОБа «эффект курицы». На второй стадии спазмы прекращаются, к инфицированному возвращается двигательная способность. При этом происходит опорожнение кишечника, причем, как правило, полное, исторгаются не только каловые массы, но и бактериальная основа, что вызывает специфическое зловоние, сравнимое со зловонием недавно умершего человека – трупный запах, по которому можно определить приближение носителя с достаточного расстояния. Инфицированный поднимается на ноги и начинает определять угрозу. Причины, по которым формируется устойчивый рефлекс нападения, по-видимому, сходны с причинами агрессивности животных, зараженных классическим бешенством. Это поражение головного мозга, приводящее к избыточной активации защитного механизма, когда любое движение и присутствие вызывает немедленное нападение. Проведенные опыты показывают, что инфицированные каким-то способом научаются определять других инфицированных, если в первые минуты заражения ярость направлена на любого, кто движется в границах личного пространства, то впоследствии зараженные безошибочно выделяют исключительно здоровых. Ну, и так далеее и так далее…

Не сразу сообразила, что меня в этом предложении смущает! А! Десятки упоминаний «мобильного бешенства» у Веркина в «Остров Сахалин» А тут тебе здрасьте, в почту: мобильный избиратель))

У Веркина определенно какая то невысказанная претензия к написанным книгам и дневникам, вернее их количеству) То их ссылают в космос на неведомые планеты («Сорока на виселице») , то их жуют, запивая водой в качестве самоубийства)) («Остров Сахалин»)

Посмотрели «Одиссея» на большом экране. Невозможно прекрасно, до слез. Даже обожаемая мной «Дюна» отступила на второй план, потому что там красивое, а тут еще и трагичное, Я бы сказала это такой Оппенгеймер древнего мира)) О страшных последствиях открытий. И еще о лидерстве. Одиссей тут показал именно эталоном лидера, а не просто хитроумным трикстером. Кастинг казался странным, но в фильме это звезды, все без исключения раскрывшиеся в трагических ролях. В качестве ложки дегтя индусы и китайцы на греческом корабле (воины Одиссея), ну и Елена Троянская прям очень негритянской внешности. Но это как бы.,, ну и пусть) Ничего не испортило, просто улыбнуло

В рамках августовского чтения Книжных Лис, слушаю Остров Сахалин Чехова и он, в частности, рассказывает про народность айнов. Говорит что пища у них отличается большим разнообразием, чем у гиляков. Кроме мяса и рыбы едят они разные растения, моллюсков и вообще, то, что итальянские нищие называют frutti di mare! Так-то! Итальянские нищие!

Кроме угля тут же в большом количестве производилась зола, она, по словам Сату, употреблялась в мыльном производстве – мыловарня располагалась тут же. Сату хотел проскочить мимо этого учреждения, но не рассчитал, каракат сорвался в юз и сел брюхом на камни, отчего образовалась заминка, в ходе которой мы любовались процессом варки мыла, не скажу что приятным, поскольку мыло, само собой, приготовлялось из мертвецов, они собирались и перерабатывались здесь же. При виде мертвецов Артем неожиданно очнулся и сообщил, что мертвец здесь, в Углегорске, паршивый, поскольку уголь выедает из трупа все соки еще при жизни, равно как и работа на терриконах и в угольных западенках, из такого мертвеца, сколько его ни вываривай, выход невелик. То ли дело покойники из окрестностей Холмска – они, конечно, не могут отвечать высоким стандартам, однако и в сравнение сравнение со здешними не идут, поскольку подкожный жир в них так или иначе присутствует и умелый мыловар его без особого труда отделит от другого ресурса. Но лучшие мертвецы те, что собираются на общественных виселицах. Именно там встречаются самые высокосортные покойники, поскольку на общественные виселицы человек идет обдуманно, осознавая свой выбор, ответственность перед близкими, имея волю и сопутствующее воле состояние организма; мертвецы же, погибшие от непосильного труда, в качестве сырья для мыловаренного промысла малоперспективны. Артем вдруг замолчал и покраснел, видимо, ему стало несколько неловко за неосторожно проявленный некротический энциклопедизм, он отвернулся и стал смотреть в сторону сопок. Если вам показался слегка мрачноватым «Остров Сахалин» Чехова, можно оттенить эго Веркиным. И вот Чехов уже вполне позитивное чтение!

Джон Краули умер. Читала у него две книги, но хотелось еще больше, трилогию «Эгипет» например обязательно. «Ка: Дарр Дубраули в руинах Имра» в числе лучшего, что я читала в своей жизни. О смерти. «Маленький, большой, или Парламент фейри» было прочитано во время моего увлечения фейри и на фоне массовых и довольно проходных сказок это было странным, по-настоящему сказочным и сложным. Спи спокойно, Джон, мы тебя читаем!