Китайский Городовой

у си цзиньпина довольно насыщенный месяц: 🇰🇬 30 августа – 1 сентября — бишкек. государственный визит, участие в саммите шос и переговоры с садыром жапаровым. 🇪🇬 2-3 сентября — каир. государственный визит и переговоры с абдель фаттахом ас-сиси. поездка приурочена к 70-летию дипломатических отношений кнр и египта. 🇮🇳 12–13 сентября — нью-дели. участие в саммите брикс. пекин поездку пока официально не подтвердил. 🇺🇸 24 сентября — вашингтон. визит по приглашению дональда трампа. пекин также пока официально не подтвердил.

• потребление. стандартный американец говорит: у домохозяйств недостаточно денег и слишком много причин откладывать их на будущее — значит, нужно увеличивать располагаемые доходы и укреплять социальную защиту. но у си сохраняется довольно сильная вера в логику 供给侧改革 — реформы со стороны предложения. проблема спроса здесь частично решается не передачей денег потребителю, а созданием «правильного» предложения. больше и лучше услуг в здравоохранении, уходе за пожилыми, туризме, образовании; развитие новых технологий; снижение стоимости услуг за счет масштаба — и новое предложение само должно создать новый спрос. специфическое понимание соцполитики. государство должно не столько непосредственно перераспределять деньги в пользу человека, сколько помочь ему снова стать производительным: дать образование, профессиональную подготовку, работу, повысить качество рабочей силы. условно, классическое 授人以鱼不如授人以渔 — лучше научить ловить рыбу, чем раздавать рыбу. • местные власти централизация последних лет постепенно лишает местные власти той автономии, на которой одновременно и держалась старая модель роста. центр говорит чиновникам: не гонитесь за красивыми показателями, не стройте бессмысленные проекты, не создавайте новые долги, правильно понимайте 政绩观 — что вообще должно считаться политическим достижением. проблема в том, что чиновник оказывается между двумя одинаково плохими вариантами. ничего не делать нельзя — это 懒政, ленивое управление. проявлять слишком много инициативы тоже опасно — потом выяснится, что это 乱作为, неправильная или хаотичная деятельность. рациональное решение в такой системе довольно очевидно: не придумывать ничего самостоятельно и ждать максимально конкретного сигнала сверху. пекин хочет избавиться от негативных последствий старой децентрализованной модели развития, но одновременно вместе с ней ослабляет один из главных механизмов, который десятилетиями заставлял китайскую экономику двигаться. выглядит странно. но чем центр пытается его заменить? в официальной риторике много говорится об 逆周期调节 — антициклическом регулировании, то есть о мерах, которые должны реагировать на нынешнее замедление экономики. но значительная часть реальных приоритетов выглядит совсем не как краткосрочное антикризисное стимулирование: новая инфраструктура, ии, вычислительные мощности, передовое производство, крупные инфраструктурные сети — это проекты на годы. получается довольно странная комбинация: риторика антициклическая, а инструменты структурные и долгосрочные. и главный вывод выпуска – возможно, нынешнюю экономическую политику китая полезнее рассматривать не столько через макроэкономику, сколько через политэкономию централизации. то есть вопрос не в том, почему пекин никак не спасет старую модель роста, а в том, что он вообще не собирается ее спасать. он пытается построить другую машину — более централизованную, в которой не только объем инвестиций, но и направление развития экономики все в большей степени определяется наверху.

существуют в мире такие политические режимы, внутри которых будучи крутым специалистом ты либо помалкиваешь, либо выражаешься так витиевато, что эту речь надо препарировать по кускам и писать сочинение на тему “что автор имел в виду”. у нас с вами на это нет ни времени, ни желания, поэтому иногда гораздо проще послушать эксперта, который не связан ограничениями уважаемого политического режима, но поддерживает связи с коллегами и общается с ребятами на местах. вчера поезд опоздал на 40 минут – этого хватило на свежий выпуск «почему си цзиньпин не спешит спасать китайскую экономику?» с китайским колумнистом ли хоучэнем / 李厚辰. возвращаясь к посту про экспертов – консенсус появляется не на пустом месте, и большую роль в этом играют американцы. никто не спрашивает, а что китайцы думают о своей экономике? главный тезис такой: китайское руководство не игнорирует проблемы экономики и не считает, что все само собой рассосется. оно просто совершенно иначе понимает, в чем именно заключается проблема. с точки зрения стандартной макроэкономической логики китай сегодня прежде всего страдает от недостаточного внутреннего спроса. доходы домохозяйств относительно невысоки, слабая соцзащита заставляет людей много сберегать, недвижимость больше не работает как двигатель роста, а доля инвестиций в экономике и без того огромна. что вам скажет американец? надо перераспределять больше денег в пользу домохозяйств, расширять соцзащиту, стимулировать потребление и в целом переносить центр тяжести с инвестиций на внутренний спрос. ли хоучэнь предлагает посмотреть на проблему глазами си цзиньпина. значительная часть нынешних дисбалансов — это не свидетельство того, что государство недостаточно стимулирует экономику сейчас, а результат того, как именно государство стимулировало ее раньше (что логично). китайская модель последних десятилетий во многом строилась на активности местных властей. провинции и города конкурировали друг с другом за инвестиции, инфраструктурные проекты, предприятия и показатели роста. местным чиновникам давали довольно широкое пространство для экспериментов, а успешный экономический рост был важнейшим элементом их политической карьеры. эта система стимулировала быстрый рост, но она же произвела гигантские местные долги, бесконечную стройку, зависимость бюджетов от недвижимости, дублирующие друг друга промышленные проекты и избыточные мощности. здесь возникает важный момент: если именно эта машина создала значительную часть сегодняшних проблем, то почему решение – это еще раз залить ее деньгами? дать местным правительствам новые ресурсы, разрешить снова массово инвестировать и поставить перед ними задачу разогнать ввп — это получить еще один раунд тех же самых инвестиций, долгов и избыточных мощностей. поэтому то, что со стороны может выглядеть как странная пассивность пекина, внутри этой логики вполне последовательно.

у меня нет авторитетного мнения о переводе, потому что я ненастоящий переводчик – НО Я ЕГО ВСЕ РАВНО НАПИШУ, это же интернет. оригинальный текст интересен сам по себе — и даже если у вас базовый китайский, его можно открыть и попробовать почитать. это безумно интересно в плане грамматики и синтаксиса: местами прям можно переводить в формате «1 иероглиф = 1 русское слово». тут переводчик должен сделать выбор: переводить, как оно есть, сохраняя максимальную простоту, или делать «богато», потому что это драма и вроде как тут должны быть прилагательные, украшательства и изподвыподверты. я на том полюсе, где «оставь все как есть — не трожь, не твое». поэтому местами этот перевод может показаться куцым, но будьте уверены: в оригинале все примерно так же. к выбору отдельных слов уже можно придраться, и тут мне есть, что сказать. • иногда появляется неоправданный западный контекст. ну какие «кварталы красных фонарей»? это при том, что дальше в тексте спокойно появляются те самые «цветущие улицы и ивовые переулки» — и ничего, все поняли подмигивание, прочли сноску и не умерли. • отдельно я хочу поговорить о названии, потому что это супер-интересно. полное китайское название — 《赵盼儿风月救风尘》, обычно его сокращают до 《救风尘》. и это довольно трудно перевести вменяемо, потому что здесь та самая цветистая азиатская метафора на метафоре: 赵盼儿 — чжао паньэр 风月 — «ветер и луна», но одновременно любовь, любовные отношения, эротика, развлечения — и, конечно, мир публичных домов и куртизанок. 救 — спасать, выручать. 风尘 — «ветер и пыль». это и житейские потрясения, тяготы, хаос, жизнь вдали от спокойного дома; но и устойчивый эвфемизм для мира проституции и женщин, оказавшихся в нем. что, в общем, исторически вполне связано: социальный кризис, бедность, девочку продали в публичный дом — литералли пошла по ветру. поэтому смысл всего названия можно очень приблизительно развернуть как: «как чжао паньэр, пустив в ход искусство любви, спасла [женщину] из мира ветра и пыли». понятно, что переводчик не может оставить эту бандуру в названии и должен что-то решить. мне кажется, что «падшая женщина» — это влияние нашей общей христианской культуры. героиня пьесы никуда не «падала» и не «грешила» — она вообще не в курсе про наш грех. это уже мы со своими христианскими ценностями пришли и объяснили китайцам, что они сгорят в аду. что интересно, дальше в тексте переводчик уже совершенно спокойно использует эту китайскую красивость и пишет: «…смотри, как чжао паньэр спасает тебя от пыли позора…». и вот это, я считаю, ну очень хорошо.

яндекс.книги выдали мне такое в разделе «вам может понравиться» — да, нам такое может понравиться, давайте сюда, вы только посмотрите на название. автор — гуань ханьцин / 关汉卿, один из главных драматургов эпохи юань и традиционно первый среди «четырех великих мастеров юаньской драмы». точные даты жизни неизвестны, но обычно его деятельность относят ко второй половине 13го века. все приличные люди сначала говорят о его «обиде доу э» / 《窦娥冤》, но это оставим на потом, потому что там драма, а хочется чего-то жизнеутверждающего. что важно знать до чтения, чтобы вы потом не говорили: «и вот это великая китайская пьеса?» это юаньская музыкальная драма. она состоит всего из четырех 折 — условно «актов». у пьесы нет 楔子 — вступительного эпизода. и вообще это написано не для того, чтобы мы сидели дома и читали: перед нами сценическое музыкально-поэтическое произведение, поэтому в переводе неизбежно теряются музыка, ритм, система мелодических моделей, сценическая игра и языковая фактура партий. при этом сама пьеса очень компактная – это не «китайский шекспир». сюжет замечательный: молодая сун инчжан не слушает более опытную чжао паньэр и выходит замуж за повесу чжоу шэ. чжоу шэ по старой доброй традиции начинает ее избивать (чжао паньэр, между прочим, заранее подробно объяснила, почему именно так все и будет!). сун инчжан отправляет просьбу о помощи. здесь начинается собственно «спасение от пыли позора». мужиков-героев не будет: чжао паньэр спасет подругу сама и исключительно хитростью. спойлер алерт: главный инструмент спасения — профессиональное знание того, как манипулировать пикми-боями. огромный плюс — это написано очень доступно. если вы привыкли к мо яню, янь лянькэ, «сну в красном тереме» и другому хтоническому ужасу, то сейчас наверняка думаете: «он нас обманывает, там снова будет какой-то ад, как будто у писателя слова бесплатные». нет, это вполне себе чехов: быстро прочел, все понял, порадовался чужой находчивости — еще и с хэппи-эндом. и помните, чему нас научили "мемуары гейши", коллеги...

дорогие подписчики, я возмущен, что кто-то вообще голосует за экономику. обдумайте внимательно свой выбор, иначе я буду вынужден снять кандидата...

мадлен миллер такая: не могу слушать ваше нытье, что кроме “песни ахилла” и “цирцеи” не написала больших романов, вот вам книжка на 80 страниц, гуляйте. ну, во-первых, да, предзаказ уже оформили. а во-вторых – иди и пиши еще один большой роман. я не поклонник джорджа мартина, но теперь начинаю понимать, что чувствуют фанаты “игры престолов”, когда автор делает буквально все что угодно, кроме того, чтобы писать следующую книгу.

я не думал, что всё зайдёт так далеко, но бумажная книга, которую я своими руками переводил, уже висит на сайте Inspiria – там можно найти описание, оформить предзаказ и почитать блербы (я никогда не привыкну к этому слову) от япониста степана родина и культуролога антона быстрянского.

я выпил кофе, успокоился, но меня накрыла вторая волна ненависти, потому что знакомый на полном серьезе меня пытается убедить в том, что опытный великий китаист может не говорить на китайском ртом. я не понимаю, как мы оказались в этой точке, друзья. как…

возвращаясь к вечной дискуссии о том, кто эксперт, а кто эксперт-хуем-подперт (это не я придумал, но мне безумно нравится), стоит обратиться к количественным данным, раз уж господь дал нам такие методы исследования. в статье "china watchers" неплохо описано, кто вообще считается экспертом по китаю, как устроено экспертное сообщество и кто в нем наиболее влиятелен. авторы собрали базу из 2200 экспертов по современной китайской политике, причем не просто по публикациям: использовали snowball nomination, то есть сами эксперты называли других людей, которых считают экспертами. и что мы имеем: 📍глобальная экспертиза по китаю по-прежнему довольно американоцентрична. 30,1% экспертов работают в 🇺🇸, 20,1% - в 🇨🇳, 18,2% - в 🇪🇺, 6,6% - на 🇹🇼 и 5,9% - в 🇭🇰. 📍американское доминирование воспроизводится через образование. значительная часть экспертов, особенно на уровне phd, прошла через относительно небольшую группу престижных университетов: harvard, stanford, columbia, berkeley и т.д. 📍да, логично, что это прежде всего академическое сообщество. 66,1% china watchers работают в университетах и других академических институтах, еще 12,9% - в think tanks, 6,5% - в сми. представители бизнеса, государства, нко и независимые эксперты находятся скорее на периферии. 📍женщины составляют только 25,7% всей базы. впрочем, здесь хорошо виден поколенческий сдвиг: среди молодых экспертов соотношение м/ж ближе к паритету. в целом молодое поколение china watchers заметно разнообразнее старшего: больше женщин, разнообразнее образовательные траектории, несколько шире география. то есть постепенно ослабевает старая модель, при которой китай внешнему миру объяснял относительно узкий круг американских мужчин-академиков. 📍очень интересно устройство самой сети. формально сообщество china watchers довольно международное, однако его структура создает предпосылки для echo chambers. эксперты склонны признавать экспертами людей с похожим бэкграундом и из своего региона (что кажется тоже логичным — именно так и формируются региональные кластеры/школы). 📍при этом сша остаются глобальным хабом. эксперты из крупных регионов чаще всего называют людей из собственного региона, но вторым наиболее часто называемым регионом почти всегда оказываются сша. то есть европейское china studies относительно автономно, китайское тоже имеет собственную сеть, но американское поле сохраняет центральное положение для всего международного сообщества. (статью отправлю в комментарии)