ARSEN SARSEKOV 🕘 история названий (1)

Главная интрига постэлекторального периода – кто станет Премьер-министром и кто получит пост Вице-президента.

Айбек Дадебай – первый спикер Құрылтай Республики Казахстан. Его карьерная траектория: 2008–2011 – эксперт Аппарата Сената Парламента РК, и. о. помощника Председателя Сената. 2011–2013 – атташе, третий секретарь Постоянного представительства Казахстана при ООН в Женеве. 2013–2019 – заместитель заведующего, затем заведующий Секретариатом Председателя Сената Парламента РК. 2019–2021 – заместитель начальника Канцелярии Президента РК. 2021–2022 – заместитель Управляющего делами Президента. 2022–2024 – Управляющий делами Президента РК. 2024–5 мая 2026 года – Руководитель Администрации Президента РК. 7 мая 2026 года – избран председателем партии «Әділет». 28 августа 2026 года – избран первым спикером Құрылтай Республики Казахстан. Практически вся карьера А.Дадебая была связана с работой рядом с Касым-Жомартом Токаевым. Он может считаться одним из наиболее полных свидетелей и непосредственных наблюдателей политического восхождения К.Токаева к вершине государственной власти.

Правительство сложило свои полномочия перед вновь избранным Курултаем.

Вот от второй модели действительно необходимо уходить. И это, судя по полной цитате, именно то, о чём говорил президент: молодёжь не должна воспринимать себя как поколение людей, которым заранее предопределено быть жертвами обстоятельств. Он прямо говорил о необходимости воспитывать оптимистов, а не неуверенных в себе людей, которые бесконечно жалуются на жизнь. 5. Важная оговорка Я бы не стал говорить, что любое обращение к историческим травмам автоматически вредно. Это было бы уже другой крайностью. Историческая травма может быть не только источником уныния. Она может быть источником гражданской ответственности, научного интереса, солидарности и понимания того, почему определённые институты и политические решения имеют значение. Поэтому задача государства и образования – не «убрать печальные страницы истории», а изменить функцию этих страниц. Исключить: «Посмотрите, что с нами сделали, поэтому мы обречены». Культивировать: «Посмотрите, что произошло, поймите причины, сохраните память и сделайте так, чтобы подобное никогда больше не повторилось». Это уже зрелая историческая культура. 6. Исторический курс Если бы президент действительно ставил задачу отказаться от национальной исторической субъектности и «не трогать советское прошлое», мы видели бы совершенно другую политику. Но в мае 2026 года Токаев выступал на международном симпозиуме «Золотая Орда как модель степной цивилизации», где государство прямо продвигало исследование истории Великой степи, её политической, культурной и цивилизационной роли. В его выступлении Золотая Орда рассматривалась не как периферийная страница чужой истории, а как самостоятельный исторический и цивилизационный феномен. То есть одновременно происходят две вещи: переосмысление прошлого – да; зацикливание на прошлом – нет. 7. Тезис о «запрете критиковать советское прошлое» не выдерживает проверки Можно спорить о конкретных оценках, глубине деколонизационного дискурса, отдельных исторических интерпретациях – это нормальная научная и общественная дискуссия. Но утверждать, что одна речь президента означает государственный запрет на обсуждение советской истории, – уже слишком сильная интерпретация. Тем более что нынешняя политика одновременно предусматривает проверку исторических материалов на достоверность. И это тоже важно: Токаев говорил не о том, чтобы заменить одну историческую мифологию другой, а, наоборот, критиковал учебники за более чем 700 серьёзных ошибок и потребовал пересмотреть материалы, содержащие недостоверные сведения и вымышленных героев. Это принципиально. Национальная история не должна строиться ни на комплексе неполноценности, ни на мифологии собственного величия. Она должна строиться на фактах. 8. Важная мысль Мне кажется, главная ошибка нынешней дискуссии заключается в том, что спорят: «Казахстан должен помнить трагедии или быть нацией победителей?». Это ложный выбор. Казахстан может и должен делать оба дела одновременно. Можно помнить Ашаршылық – и выигрывать олимпиады. Можно изучать репрессии – и строить новые университеты. Можно исследовать колониальную историю – и создавать собственную технологическую индустрию. Можно чтить Алаш – и смотреть не назад, а вперёд. Можно знать, что с нами происходило, – и при этом не считать, что наше будущее определяется исключительно тем, что с нами когда-то сделали. Вот это и есть историческая зрелость.

26 августа Токаев связал две интересные вещи: отказ от образа «вечно горюющей нации» и необходимость воспитывать молодых людей как оптимистов, уверенных в себе и способных преодолевать трудности. И только после этого прозвучала формула: «Мы – нация победителей». Причём сразу же было уточнено, что речь идёт о нации, которая смотрит вперёд и не ищет причины своих трагедий, поражений и неудач в историческом прошлом и других государствах и народах. То есть контекст здесь принципиально важнее одного заголовка. 1. «Нация победителей» – это не про войну. На мой субъективный взгляд, более развернуто мысль выглядит так: нация победителей – это нация, которая не считает поражение своей идентичностью. В политической психологии подобные формулировки работают прежде всего как формирование коллективной самоэффективности: убеждения общества в том, что оно способно самостоятельно ставить цели и достигать их. Победа государства в XXI веке необязательно измеряется количеством захваченных территорий. Более того, для Казахстана сама логика территориальной экспансии противоречит его внешнеполитической модели, геополитическим интересам и объективным возможностям ВПК. Для нас «победить» – это вполне конкретные вещи: • создать сильную экономику; • дать молодёжи качественное образование; • вывести собственную науку на международный уровень; • создавать конкурентоспособное кино и культуру; • выигрывать международные соревнования; • производить технологии, которые покупает весь мир; • иметь сильные институты; • повышать качество жизни; • превращать Казахстан из объекта внешних процессов в самостоятельного субъекта. И здесь действительно практически безграничное поле для амбиций. Поэтому противопоставление «нация победителей» – «нация агрессоров» является ложной дихотомией. Можно быть амбициозной нацией без империализма. Можно быть патриотичным государством без шовинизма. Можно гордиться собственной историей, не считая другие народы хуже себя. И можно хотеть быть первыми – не за счёт поражения другого, а за счёт собственного развития. 2. В речи нет культа победы над кем-то Это принципиальный момент, который многие сейчас намеренно или непреднамеренно пропускают. Президент не сказал: «мы должны побеждать другие народы». Он сказал о преодолении трудностей и угроз и о способности смотреть в будущее с уверенностью. Это совершенно другая политическая семантика. «Мы победим их» – мобилизационная риторика конфликта. «Мы способны преодолеть трудности» – риторика развития. В первом случае формируется образ внешнего противника. Во втором – субъектности самого общества. И в данном случае речь именно о втором. 3. Теперь самое спорное – «вечно горюющая нация» Здесь я бы особенно не стал впадать в другую крайность. Нельзя трактовать слова Токаева как отрицание Ашаршылыка, репрессий, колониального опыта или советской политики. Для такого вывода просто нет оснований. Более того, государственная политика памяти продолжается. 31 мая 2026 года сам Токаев обратился к гражданам в День памяти жертв политических репрессий и прямо назвал память о жертвах моральным долгом. Сама дата существует с 1997 года. Государство продолжает работу по реабилитации жертв, работе с архивами, публикации документов и сохранению исторической памяти. Причём это не только декларации. В Астане проводятся выставки, уроки истории, памятные мероприятия, работа с архивными материалами и мемориалами. Следовательно, логическая конструкция: «Отказаться от образа горюющей нации» = «забыть Ашаршылық» просто не следует из фактов. 4. Игра на разнице Есть огромная разница между: памятью о трагедии и идентичностью, построенной вокруг трагедии. Первое необходимо. Второе может стать политической ловушкой. Нормальная историческая память должна работать примерно по формуле: знать → помнить → исследовать → делать выводы → не допускать повторения → двигаться дальше. Вместо: знать → постоянно переживать → искать виноватых → объяснять этим все сегодняшние проблемы → передавать чувство исторической беспомощности следующему поколению.

«Ак жол»: ставка на опыт и новые лица «Ак жол» представил депутатов, которые будут представлять партию в новом Курултае. В команде — опытные парламентарии, предприниматели, региональные лидеры и представители нового поколения. Дания Еспаева – лидер партии, опытный парламентарий. Три созыва Мажилиса, работа вице-спикером и большой опыт в банковско-финансовой сфере. Асылхан Кожахметов – один из ключевых партийных организаторов. Почти 20 лет в структуре «Ак жол», прошел путь от специалиста городского филиала до руководителя аппарата и секретаря Политического совета. Олжас Нуралдинов – представитель нового поколения политиков и предпринимателей. Руководил алматинским филиалом партии, имеет опыт работы в Мажилисе и хорошо знает вопросы бизнеса и частной инициативы. Даурен Ахметжаев – предприниматель и бывший депутат маслихатов Жамбылской области. Специализируется на экономических и правовых вопросах, имеет практический опыт работы на региональном уровне. Юрий Ли – эксперт в сфере финансов и защиты прав граждан. Бывший депутат Мажилиса, работал в Комитете по финансам и бюджету, занимается вопросами финансовой безопасности и противодействием финансовым пирамидам. Бактыбек Бибаев – специалист нефтегазовой отрасли с международным образованием и опытом работы в Министерстве энергетики. Сегодня занимается развитием отечественной промышленности и взаимодействием бизнеса с государством. Мейраш Шынасилова – региональный лидер и представитель женского предпринимательства. Более десяти лет возглавляет Алматинский областной филиал «Ак жол», совмещая партийную и общественную работу. Ермеккали Юсупов – общественный деятель и управленец из Атырау. Более десяти лет руководит областным филиалом партии, имеет опыт работы в маслихате, государственном управлении, транспорте и предпринимательстве. Отдельно показательно, что 5 из 8 депутатов – новые лица, тогда как трое уже работали в высшем законодательном органе. По сути, «Ак жол» собрал команду на стыке парламентского опыта, региональной работы и профессиональной экспертизы.

📁📁📁 ✔️ ОСДП назвала восемь депутатов нового состава Курултая Общенационально социал-демократическая партия представила список из восьми своих представителей, которые будут работать в новом составе Курултая. 💬 Как сообщили в пресс-службе партии, по итогам заседания Президиума ОСДП список кандидатов, которые будут представлять партию в Курултае Республики Казахстан, был единогласно поддержан. В состав Курултая от ОСДП войдут восемь кандидатов: ▪️Асхат Рахимжанов – Председатель ОСДП, депутат Мажилиса Парламента РК VIII созыва, Вице-президент международного Социалистического интернационала; ▪️Максут Насибулов – руководитель Центрального аппарата ОСДП ▪️Нурайнаш Камалова – Председатель Атырауского областного филиала ОСДП; ▪️Лариса Ли – руководитель проекта «PANA»; ▪️Аслан Кульмагамбетов – аналитик Столичного филиала ОСДП по вопросам экологической политики; ▪️Арман Ақылбай – директор Департамента по работе с персоналом Министерства юстиции РК; ▪️Наурыз Сайлаубай – руководитель молодежного крыла ОСДП, депутат Мажилиса Парламента РК VIII созыва; ▪️Ажар Сагандыкова – депутат Мажилиса Парламента РК VIII созыва, руководитель Женского крыла ОСДП. @kazinform_news

Началась серия кадровых решений. Тимур Сулейменов переназначен председателем Национального банка. Ермек Сагимбаев сохраняет пост председателя КНБ.

Эксит-пол: прогноз распределения голосов По предварительным данным эксит-пола, в новый Құрылтай проходят 5 политических партий: 1. «Әділет» 2. «Ауыл» 3. «Respublica» 4. ОСДП 5. «Ақ жол» Не преодолевают проходной барьер: • НПК • «Байтақ» Таким образом, новый Құрылтай формируется как пятипартийный парламент, при этом основная интрига заключается в соотношении сил внутри прошедшей пятёрки.

Алматы: эффект сверхобычной явки В Алматы явка составила 43,23%. Для города это очень высокий показатель: обычно здесь голосует порядка 30% избирателей. Для сравнения: последний сопоставимый уровень был зафиксирован в 2004 году – около 41%. Возникает главный вопрос: куда ушёл этот дополнительный электоральный ресурс? Алматы традиционно отличается более прохладным отношением к партии власти. Поэтому рост явки потенциально работает не столько на статус-кво, сколько на альтернативные варианты. При этом важен не только политический профиль партий, но и их положение в бюллетене. Если избиратель приходит на участок, чтобы найти альтернативу «Әділет», то следующим заметным вариантом в списке оказывается ОСДП – партия №2. Для части избирателей это может стать естественным выбором: партия находится сразу после «Әділет», обладает узнаваемым названием и сохраняет наиболее выраженный оппозиционный шлейф. Иными словами, при поиске другого варианта после «Әділет» избиратель может остановиться именно на ОСДП – не обязательно из-за глубокой партийной идентификации, а потому что она сочетает удобное положение в списке с образом оппозиционной силы. Второй очевидный адресат дополнительной явки – «против всех». Именно поэтому алматинская явка в 43,23% – не просто статистический показатель. Она может оказаться одним из ключевых факторов, определяющих итоговое распределение голосов по стране.