Микола Канян

Натолкнулся на пролетарскую дискуссию о том, как ни одна итальянская аристократическая фамилия не имеет древнеримского происхождения, и вспомнил, что несколько лет назад мы это уже обсуждали. Есть несколько типовых отговорок на эту тему, например, что уже через 100 лет после Цезаря все старые республиканские рода вымерли, чего же вы хотите за тысячу лет средневековья? Но есть и здравые ветки рассуждения, например, опирающиеся на факт исчезновения трехсоставных римских имен (преномен-номен-когномен). Говорят, что к 5му веку Рим настолько обезлюдел и пришел в упадок, что римляне перестали заморачиваться и перешли к использованию только личных имен. Был Федор Константинович Годунов-Чердынцев, а стал просто Федя. Других Федь в окрестности не было, поэтому никакой путаницы не могло быть. Это очень необычная ситуация. Когда в обществе у большинства нет фамилий, а потом они появляются, это нормально. Но много ли можно привести исторических примеров, когда общество массово отказывается от фамилий? Русским легко понять, что здесь происходит. Когда в Риме произошла великая коммунистическая революция, и могильщики начали резать капиталистов и помещиков по спискам, естественно, что выжить могли только анонимусы. Ищут князей Годуновых-Чердынцевых, а есть только крестьянин Федя. Капусточки не желаете? Отсюда и все последующие итальянские театры с масками. Механизмы социального прикрытия прошили в подкорку, и поэтому любой взятый с улицы итальянец — актер. Как и любой взятый с улицы русский. :) Спросите любого русского горожанина в трех-четырех поколениях о его происхождении, и он скажет, что «крестьянин». Потому что под крестьянина кривлялся его прадед, тоже горожанин в трех-четырех поколениях. Он может об этом даже явно не знать, это прошито в подкорку. Иначе ему не выжить.

Область, где языковые модели являются бесспорной инновацией в формализации доказательств, это самый первый шаг: запись теорем на формальном языке (т.е. до поиска контрпримеров, до написания и проверки собственно доказательств). Им можно скармливать красиво…

Область, где языковые модели являются бесспорной инновацией в формализации доказательств, это самый первый шаг: запись теорем на формальном языке (т.е. до поиска контрпримеров, до написания и проверки собственно доказательств). Им можно скармливать красиво набранные в LaTeX статьи и получать на выходе машиночитаемые определения. Ничего удивительно здесь нет, потому что языковые модели и были изобретены для перевода с одного языка на другой. Они решают не саму проблему доказательства, а пользовательского интерфейса к уже существующим инструментам. Тем не менее, я не думаю, что все это как-то изменит математику как область знания, потому что математика никому не интересна. Шум о «замене математиков языковыми моделями» будет продолжаться лишь до тех пор, пока он работает как реклама для изделий Nvidia. Роль математика состоит вовсе не в доказательстве теорем, а в понимании. Существует бесконечное число теорем, и почти все они неинтересны. Пока «искусственный интеллект» (в любой форме, необязательно «языковых моделей») не станет способен к религиозному опыту и к его представлению в виде цеховых мистерий, он не заменит людей-математиков.

В последнее время много шумят о способности языковых моделей доказывать математические теоремы и как, якобы, это что-то значит для наступления сингулярности. Думаю, стоит дать краткую политинформацию для широкой публики. Еще до начала массового психоза на тему языковых моделей я писал, что формализация математики неинтересна самим математикам по внутрицеховым причинам, и этих средневековых мракобесов скоро начнут бить. Кажется, итс файнали хэппенинг! Автоматические или хотя бы автоматизированные доказательства теорем это область знания с полувековой историей. Понятно, что ей занимаются ботаники второго порядка (т.е. их гнобят ботаники первого порядка, которых гнобят нормальные люди), и потому никто, кроме них, не знает, что там происходит, и не хочет знать. А знать надо бы. Доказательство теоремы на компьютере состоит из трех составных частей ( ;) ). Сначала надо записать теорему на языке некоторой логики. Затем пишется собственно доказательство или сценарий поиска доказательства. Наконец, доказательство должно пройти автоматическую проверку в движке, реализующем эту логику. Программистам аналогия должна быть понятна: записать типы функций, затем их реализации, затем скомпилировать. Если компилируется, теорема доказана. Языковые модели не решают последний этап, проверку верности доказательства. Это всегда делает уже существующий десятилетиями инструмент вроде Coq или Isabelle, ну или новомодный Lean, которому лишь немногим более десяти лет, т.е. скорее всего в нем полно ошибок, позволяющим «доказывать» (т.е. не отвергать) фальсифицируемые утверждения. Если бы не была проведена полувековая работа над этими инструментами (никак не связанная ни с каким машинным обучением), никаких «доказательств» языковые модели не смогли бы сделать. Максимум, документ, красиво набранный в LaTeX, но внутренне бессмысленный. Нет автоматической проверки — нет доказательства. Если записать теорему на формальном языке и затем запустить цикл, в котором языковая модель будет пытаться написать доказательство, а формальный инструмент будет ей указывать на ошибки, то вполне вероятно, что спустя какое-то время доказательство будет найдено. С одним исключением, о котором я скажу чуть ниже. Это выглядит впечатляюще для профанов, но не ново. Есть множество подходов к автоматическому поиску доказательств, но у большинства у них есть недостаток: они не требуют затрат на графические ускорители, т.е. никак не способствуют росту котировок акций Nvidia. Поэтому о них никто не знает, кроме ботаников второго порядка. Исключение, в котором ни языковая модель, ни какая-то другая система доказательства теорем не смогут найти доказательство, это случай, когда теорема ложна, т.е. доказательства не может быть. Поэтому прежде чем начинать писать доказательство, нужно сначала попытаться сфальсифицировать теорему, найти контрпримеры. На днях способность языковых моделей находить контрпримеры попала в новости и сильно удивила профанов. Что-то про опровержение какой-то гипотезы якобиана, я толком не понял, о чем это, потому что плохо разбираюсь в математике. Но я разбираюсь в автоматической генерации контрпримеров, потому что мой научный руководитель изобрел QuickCheck. (Он пытался коммерциализировать это изобретение, но особого успеха не вышло, и недавно он вышел на пенсию. Совсем немного не дождался. А его давний соавтор устроился работать над языком описания метавселенных в Epic Games, бросил жену и двух детей и заново женился на молодой аспирантке. Правда, я не уверен, что именно в таком порядке.) Если вы запишете теорему на формальном языке, и она фальсифицируема, вы увидите первые контрпримеры уже спустя несколько секунд. Этой функциональности уже более десяти лет, но она не позволяла очевидным образом раздуть классический пузырь на рынке полупроводников, поэтому о ней никто не знает, кроме ботаников второго порядка.

Пока в знак протеста против раздутой рекламной кампании «Одиссеи» Нолана все пересматривают «Трою» 2004 г., я решил пересмотреть «Триста спартанцев» 2006 г. Оказалось, что этот фильм не совсем о том, что казалось зрителям, когда он шел в прокате. 20 лет назад шла «война с терроризмом», и поэтому быстро сделали подводку: Греция это США, «оплот западной цивилизации», а Персия это Иран, который уже через несколько месяцев создаст ядерное оружие. Так я фильм и запомнил, потому что смотрел его в русском дубляже. На самом-то деле, никаких американцев в «300» нет. Все или почти все актеры, играющие греков, говорят с британскими акцентами, это англичане, австралийцы, есть также канадец. Значит, Греция это Британия. В этом нет ничего удивительного, ведь Греция это де-факто остров: с севера она отделена от европейского материка горами и связана с миром по морю. Греки — просвещенные мореплаватели. Примерно в такой же ситуации находится Скандинавия, куда через Финляндию никто не ездит. Что же изображено под видом «Персии»-обширной континентальной этнически разнообразной империи? Очевидно, Евросоюз. Почему «персы» в фильме представлены ордой африканцев и азиатов? Потому что для англичан все, что южнее Британии (Франция и далее) это Африка, а все что восточнее (Германия и далее) это Азия. Тон речей Леонида в фильме один в один скопирован с речей Черчилля перед битвой за Ла-Манш. «Нас мало, но у нас древние англосаксонские свободы и мы обязаны выстоять после бесноватого фюрера, пока американцы не подойдут!» Снова ничего удивительного, потому что Черчилль, как и все англичане, был двинут на Пелопонесской войне. В закрытых интернатах их пичкают древнегреческим, потому что англичане, как и греки — просвещенные мореплаватели. Момент для евроскептической экранизации исходного материала был выбран неслучайно. Всего через пару лет после выхода фильма начался греческий долговой кризис, и придумали слово «грексит», поговаривали, что Греция выйдет из еврозоны, а то и вовсе из ЕС. Поскольку британские элиты помешаны на древнегреческой литературе и считают Грецию прообразом Британии, неудивительно, что и прощупывать почву для «брексита» решили в Греции. Для реализации сценария просто заменили одну букву, «г» на «б». Постоянные читатели этого канала помнят, что целью «брексита» было отвлечение США с восточного фронта войны с Единой Евразией на западный. Именно «брексит» сделал возможным отключение трубопроводов между РФ и ЕС, которые были построены исключительно благодаря вступлению в ЕС Британии в 1970х гг., и как следствие, очередную «Пелопонесскую войну» «добровольного союза просвещенных мореплавателей» против «бесноватого фюрера». Очень хочется сказать: прочитайте, наконец, какую-нибудь другую книгу.

Говорят, что в повышении «неоднородности общества» через насильное расселение низов среди нормальных людей нет ничего необычного или нового, потому что еще барон Осман застраивал Париж семиэтажными зданиями, специально спроектированными для проживания всех социальных классов под одной крышей. На втором этаже самые богатые и аристократы, на третьем успешные врачи и адвокаты, еще выше — средний класс, потом мелкие служащие, и в мансардах под самой крышей прислуга. Да и в самих квартирах зачастую были комнаты для горничных. В этом не было никакой проблемы, потому что все социальные классы имели один и тот же расовый тип, а за воровство фамильного серебра можно было вызвать полицию. (Интересно, что социальная структура «османовских» зданий за полтора века никуда не делась. На «благородном» этаже, в семи комнатах, оцениваемых в три миллиона евро, живет потомственный банкир с женой и детьми, а в мансарде — 25-летняя незамужняя девушка, приехавшая в Париж работать в комплаенс-отделе того же самого банка. По уму, полы бы мести дурехе.) Насильное переселение чуждых расовых типов некоторые называют «великим замещением», но я все равно буду настаивать, что это мера военного времени, направленная на маскировку европейского (нео)колониализма. Уже довольно долгое время есть шутка про футбол: играли негры с неграми, а победили французы. Сейчас эту шутку стало можно вывернуть наизнанку: играли французы с французами, а победил Кот-д'Ивуар. Дело в том, что сборные африканских стран все больше и больше комплектуются из родившихся на территории Франции расово африканских держателей французских паспортов. Если европейцам нельзя строить школы для туземцев в колониях, то приходится строить школы для туземцев в метрополии. Через два-три поколения их выпускники едут обратно, устанавливать европейские порядки на малых родинах. Это уже заметно и вне футбола: ухудшающаяся экономика и растущая ксенофобия в Европе подсказывают многим мультикультурным специалистам, что пора добровольно репатриироваться. Я не хочу сказать, что план идет как по маслу, без побочных эффектов. Государствам, действующим по трафарету, сложно остановиться. Очевиден пример мировых войн: загнали женщин на производство, когда мужчины были на фронте, и так понравилось, что продолжили гнать и после окончания боевых действий. Но поставленные перед государством цели были достигнуты. (Потому-то я и «ИИ-скептик»: автоматизация бюрократии и производства была возможна уже в 1960х гг., но власть над человеком это слишком сладкое удовольствие, чтобы от него отказываться. Никакие «роботы» в том не заменят коричневого поденщика, которого можно стегать хлыстом.) Можно видеть в происходящем «уничтожение белой расы», но стоит также заметить, что «белая раса» и сама рада себя уничтожать. Европейцы устраивают подлянку американцам, те отвечают, потом ответка на ответку, и так далее. Это очень длительная мировая война, которая вряд ли закончится без тотальной капитуляции одной из сторон. Опять будете нудеть, что Канян слеп в своем еврооптимизме, но ЕС пока еще и близко не достиг демографической точки, которую США прошли в 1960х гг. Еврооптимизм это ставка на то, что пока толстый сохнет, тонкий сдохнет. Да, лечение сифилиса ртутью — варварская процедура, мучительная для пациента, но другого метода пока не придумали.

Насчет «социального жилья». В эпоху гиперфинансиализации «социальное жилье» это не способ помощи временно нуждающимся не умереть на улице, а способ расселения дисфункциональных перманентных низов общества там, где они никогда не смогли поселиться сами. Это способ уничтожения остатков свободы ассоциации. Когда американское правительство начало бомбить свои собственные города неграми в 1910-1960хх гг., рядовые американцы думали, что ничего страшного в этом нет, ведь всегда можно переселиться в слишком дорогие для негров районы и отдать детей в частные школы без негров. Не тут-то было: уже в 1937 г. федералы придумали систему ваучеров для аренды жилья «неимущими». Конечно, было сложно заставить арендодателей принимать ваучеры насильно, что государству удалось обойти, арендуя жилплощадь у частников напрямую, без ваучеров в наиболее критичных районах. Во время общеевропейского «миграционного кризиса» была использована похожая схема: за размещение «беженцев» европейские государства платили бешеные деньги. Похоже, что эта схема становится постоянной и для «социального жилья». Нппример, во Франции теперь мэрам городов сверху спускаются квоты на размещение «малоимущих». В вашем муниципалитете недостаточно «социального жилья»? Ничего страшного, арендуйте жилье у частников за бюджетные средства. В местном бюджете не хватает денег? Выдадим из тумбочки. Да, сверхдорогих 6го, 7го и 16го округов Парижа это тоже касается. Можете посмотреть на специальной карте. Наши юные либертарианские друзья опять скажут, что эта проблема вызвана государственным вмешательством в свободный рынок. Но никакой фундаментальной разницы между государственными «пособиями» и частной «благотворительностью» нет. При анкапе эксцентричный миллиардер точно так же может превратить центр Парижа в лагерь для беженцев. Не поможет и строительство «частного города». Всегда найдется эксцентричный триллионер, который выкупит достаточно акций в нем для расселения «обездоленных». Пора понять, что сегрегация по доходам больше не работает. Если вы, конечно, не построили себе личный подземный кенотаф с замкнутой экосистемой.

Микола в курсе и чуть ниже пишет, что HOA-фашизм это американская специфика. «Жилкооператив» это не только HOA. В США это явление называется «condominium». Когда американцы «покупают» квартиру-«condo» (в отличие от аренды квартиры-«apartment» у «landlord»'а…

Уважаемый Микола видимо не в курсе, что "жилкооператив" (aka HOA, Homeowners Association) - это при покупке жилья в тех же США не просто рэд-флаг, а ИМЕНИ ВЛАДИМИРА ИЛЬИЧА ЛЕНИНА КРАСНОЕ ГВАРДЕЙСКОЕ РЕВОЛЮЦИОННОЕ ЗНАМЯ.

Какие-то молодые ребята пытаются привлечь мое внимание пассивно-агрессивной руганью. Не понимаю, откуда взялся такой метод общения, меня же можно просто попросить прорекламировать канал, при помощи нормальных, вежливых слов. Причем совершенно бесплатно! Вот что пишут: Европейский дедушка не понимает, как можно сдавать свою квартиру без высочайшего дозволения, у него это почти подпольное казино Объясню, что я имел ввиду. Компании вроде Убера и Эйрбнб думают, что они очень умные: берут какую-то зарегулированную муниципалитетом область деятельности (извоз, гостиницы) и притворяются, что муниципальные законы неприменимы, потому что услуга якобы оказыватеся «из рук в руки». Конечно же, это ерунда, потому что по факту никакого «шеринга» на «шеринг-платформах» нет, это не «простые люди» в свободное время подрабатывают, а развитые бизнесы. Просто с другой вывеской. Поэтому не стоит удивляться, что муниципалитеты принимают поправки к правилам и указывают, что правила касаются и «шеринг-платформ» тоже. Теперь насчет того, как Канян не понимает, что такое частная собственность, которой можно распоряжаться по своему усмотрению. Нет, ребята, это вы не понимаете. Когда вы покупаете квартиру в странах первого мира, вы в 99% случаев покупаете не «квартиру», а акции в жилкооперативе, которые дают вам право проживания на определенной площади — в рамках регламента жилкооператива. Да, в 99% вы не можете сдавать «вашу» квартиру как хотите, потому что она не «ваша». Даже если вы хотите сдать её на долгий срок, зачастую необходимо согласие правления жилкооператива. И само собой, зачастую сдача на короткий срок запрещена. Причина тому проста. В частных многоквартирных комплексах, в отличие от социального жилья, живут люди, которым хочется спокойной жизни. Им не хочется, чтобы по территории жилкомплекса ходили непонятные люди, особенно посреди ночи. Все равно хотите устроить эйрбнб в «своей» квартире? Тогда выкупайте половину акций жилкооператива и делайте со зданием что хотите. Частная собственность это круто! Правда, тогда у вас получится... самый обыкновенный отель. То же самое касается и установки кондиционеров на фасадах. Членов частных жилкооперативов, в отличие от обитателей социального жилья, обычно заботит эстетика их собственности. Поэтому нельзя самовольно ни вешать кондиционеры, ни устанавливать спутниковые тарелки для приема «Аль-Джазиры», ни застеклять балконы для выращивания помидоров зимой. Только после решения собрания членов жилкооператива. Можно долго нудеть, что европейские дураки не понимают, как правильно жить, но таково их право. Не нравится — продавайте свою долю и покупайте другое жилье, с которым можно делать все, что вам нравится. Например, отдельностоящий дом. Частная собственность это круто! (Конечно, может случиться, что и с отдельным домом нельзя делать все, что угодно, потому что он может принадлежать к ассоциации собственников, которая решает вопросы на всей улице. HOA-фашизм может доходить до измерения линейкой высоты травы на газоне. Но это, скорее, американские заморочки, в Европе они практически не встречаются.) Здесь можно спросить, по какому праву тогда муниципалитеты могут определять, как вам можно сдавать свое жилье. Тоже очень просто: города это, обычно, не чисто экономические пространства, а социальные. У жителей города могут быть свои идеи о том, как им комфортно жить, поэтому они выбирают представителей для реализации этих идей. Например, может быть муниципальный закон, запрещающий валяться пьяным на тротуаре. И тогда будет нельзя, хотя, казалось, бы тротуар «ничейный». А может и не быть такого закона, тогда валяться будет можно. Еще может быть муниципальный закон для снижения числа туристов, потому что туристы могут мешать жителям города. Он может запрещать устраивать подпольные хостелы. Можно спросить, а как же частная собственность? А вот так: ваша частная собственность не должна мешать другим людям. Есть свобода выбора. Не нравятся местные законы, переезжайте туда, где законы другие. Или организуйте свою партию, избирайтесь, меняйте законы.