Миксоматоз амигдалы

Позавчера Андрей Карпатый снова выходил на связь и в очередной раз поделился занятными мыслями. Мотаем на ус: - 6 млрд человек (75%) толком не пользовались ИИ; - 1–2 млрд (20%) изредка заходят в бесплатный ChatGPT и его аналоги. Им достаётся туповатый чат-бот, что-то вроде поиска получше или помощника, который поправит письмо, и сюда же Карпатый относит многих профессионалов, не связанных с кодом; - 20 млн (0,2%) профессионально работают с топовыми моделями в программировании и математике. На их глазах агенты по одному промпту делают проекты, на которые прежде уходили месяцы работы; - 5000 (0,00006%) имеют доступ к внутренним моделям ИИ-лабораторий. Последние наблюдают, как целые рои агентов неделями сообща пишут огромные программы, находят уязвимости, о которых никто не знал, двигают науку и математику, и люди уже не успевают во всём этом разобраться. Остальным пока показали лишь превью. Сам Карпатый признаётся, что ещё в прошлом году набирал код руками, символ за символом, изредка нажимая Tab, чтобы редактор дописал кусочек. С весны он в Anthropic и, очевидно, сам вошёл в те 5000. По его словам, воронку создают масштаб задач, которые человек ставит перед ИИ, и доступ к моделям — бесплатный, платный или внутренний. Сказывается и перекос ИИ в сторону кода и математики, где решение легко проверить и за него больше платят. В июне я выкладывал твит Джека Кларка, сооснователя Anthropic. Ещё в декабре он ждал, что к лету люди, работающие с передовым ИИ, будут чувствовать себя будто живут в параллельном мире. Этот разрыв только усиливается.

У меня есть некоторые основания предполагать, что мозг СДВГшника из-за своего любопытства, из-за эффекта новизны, который ему нужен, и переключений на разные вещи лучше подходит для работы с агентами, чем мозг нейротипичных. С одной стороны, у СДВГ масса негативных эффектов, но с другой — в эпоху ИИ это, возможно, становится преимуществом. Напрямую это не проверяли, но ощущения складываются именно такие. Уже были эксперименты, которые показывали, что тяга к новому, которую привыкли считать недостатком СДВГ, иногда окупается. Например, в онлайн-игре 457 человек собирали ягоды и сами решали, когда бросить оскудевший куст. Те, у кого опросник показал черты СДВГ, уходили раньше и в итоге собрали в среднем 603 ягоды против 522. Дольше, чем стоило, у пустеющих кустов засиживались все, просто сдвгшники меньше других. И любопытство у людей с СДВГ выше, чем у людей без диагноза. Но суть в том, что, я думаю, окупаться это будет всё больше и больше. Тяга к новому и любопытство буквально связаны с тем, к чему теперь призывают в Телеграм. Вчера команда объявила дизайнерам, что больше не принимает обычные макеты и наброски, а просит присылать код, который можно встроить в продакшн, и Дуров переслал это к себе в канал. Тем, кто не умеет программировать, советуют: «Любопытство, внимание к деталям и хороший промпт уведут вас далеко». То есть простой идеи теперь недостаточно, потому что идею можно реализовать, и показательно, что даже Телеграм просит взаимодействовать с ИИшками, а не рисовать что-то вручную. Главная фишка, по-моему, в том, что ИИ-агенты могут забрать то, на чём мозг проигрывает. Кстати, в эксперименте у открытых новому людей тексты получались лучше, когда ИИ велели быть собранным и дотошным, хоть его и проводили ещё на старой GPT-4o, а сейчас уровень моделей совсем другой. Агенты очень быстро улучшаются, и делегировать им можно всё больше и больше задач. Понятное дело, самолёт в космос с одного промпта они не запустят и термоядерный реактор не соберут, но то, что с ними делают уже сейчас и делал я, — фух, не знаю, не знаю. Есть и минусы. Когда параллельно запущено куча агентов, потеряться во всём этом действительно можно. Ощущение, будто находишься в хаосе, — какой-то дофаминовый максимум, выжигающий мозг. Но, с другой стороны, с агентами растёт уверенность: как будто сейчас вообще нет задач, которые невозможно решить, всё так или иначе можно попробовать сделать. При этом агентами всё равно пользуется не так много людей. Во-первых, по большей части люди действительно не готовы платить даже 20 долларов в месяц, не говоря уже о 200 или 500, как в новой подписке ChatGPT. Во-вторых, многие до сих пор не понимают, что можно делать с агентами сегодня. Да и мышление перестраивается не сразу, даже когда понимаешь, что технических ограничений с каждым месяцем становится всё меньше и меньше.

Мне кажется, в этом году закончилась идея, что интеллектуальную собственность можно надёжно хранить в программе на чужом компьютере и продолжать контролировать, что владелец этого компьютера с ней делает ☕️ Вы уже видели миллион видео, где Minecraft скрещивают с другими играми, в том числе запускают прямо внутри GTA 5, причём кодинг-агенты уже могут это собрать и заставить работать вместе В видео ниже, в GTA добавили механики из «Человека-паука», и таких примеров каждый день всё больше – раньше это была задача не на вечер-два В сообществах Apple Vision Pro уже запускают игры с Meta Quest прямо на самом шлеме через хаки совместимости, PS5 декомпилиоуют полностью для эмуляции, а недавно на гитхаб выложили аналоги Photoshop, Illustrator и других продуктов Adobe, написанные на Rust Моды, взломы и порты существовали всегда, но раньше сложность чужой программы была препятствием, потому что кому-то нужно было потратить кучу времени, чтобы разобраться, как она устроена – сейчас все это можно поручать кодинг-агентам, и мне кажется, последствия у этого будут большие – настолько дешевле становится переделывать чужой софт на клиенте Я думаю, мы идём к миру, где всё больше программ на компьютере можно будет разобрать, переписать под себя, перенести на другую систему или обесплатить – я пробовал сам – ты просто пишешь промпт в чате и у тебя мод в игре появляется, работает уже сегодня Для меня это и последние достижения по математике выглядят как начало сингулярности (я АИ-поехавший, что вы от меня хотите): софт разбирает и переделывает другой софт – на ассемблере или нет, агенту пофигу Я бы не удивился, если через ~год производители начнут активнее оставлять игры и программы в облаке, предоставляя пользователю только доступ через стриминг – помните Google Stadia, ну или GeForce NOW Когда программа работает на твоём сервере, а пользователю приходит картинка, у шаловливых ручонок кодинг-агентов хотя бы нет прямого доступа к её файлам, и я думаю, что именно желание сохранить IP-контроль станет дополнительной причиной уходить в облако Я без понятия, куда это приведёт всю индустрию, но строить бизнес на предположении, что пользователь не сможет разобраться в программе на собственном компьютере, больше не получится

Если кто не знал (я тоже не знал), чтобы понять, как невесомость влияет на организм, добровольцев на несколько недель, а то и месяцев укладывают в кровать, наклонённую на 6 градусов в сторону изголовья. Из-за наклона жидкость в теле смещается к голове, как это происходит у космонавтов на орбите, и ноги со спиной разгружаются. Вставать при этом нельзя вообще — по стандартному протоколу участники едят, моются и ходят в туалет лёжа, и всё это время за ними наблюдают. В новом исследовании 13 мужчин от 25 до 45 лет пролежали в таком положении 60 дней, что для подобных экспериментов довольно долго, ведь девять из десяти предыдущих работ длились меньше 30 дней. Через четыре дня после того, как им разрешили встать, всем сделали МРТ и провели тесты на память. Объём серого и белого вещества не изменился, зато спинномозговой жидкости стало больше и выросла активность правой префронтальной коры. Серьёзного ухудшения когнитивных функций не нашли, хотя с отложенной памятью кое-что всё же было. При повторном тестировании все справляются лучше, потому что уже знакомы с заданиями, но у лежавших этот прирост оказался меньше, чем у 26 человек из контрольной группы, которые эти два месяца жили обычной жизнью.

А что вы будете делать, когда ИИ отключат? Отчасти это зависит от того, как вы с ним разговаривали. Кто рассуждал вслух, без нейросети справляется лучше, а кто сразу просил подсказать ход — слабее. Учёные из Стэнфорда, Корнелла и Колумбийского университета дали 250 взрослым доиграть партии в «Четыре в ряд», родственницу крестиков-ноликов, где в линию надо выстроить четыре фишки, и в реверси — она похожа на шашки, только фишки соперника не съедают, а переворачивают в свой цвет. Первую позицию решали, переписываясь в окне рядом с доской с GPT-5.5, которому велели быть тренером, а следующие, на те же приёмы, — уже одни. Рассуждать вслух никого не заставляли, так что речь о связи, причину ещё предстоит доказать. С ботом в реверси у игроков оставалось в среднем 27 фишек из 64, у группы без помощи — 21. Когда бота убрали, разница исчезла. Обогнать игравших совсем без ИИ смогли только те, кто рассуждал вслух в 40% реплик и больше, — на 1,8 фишки за партию. Любители спрашивать «куда ходить?» с ботом играли успешнее остальных, но в одиночку проседали. Один игрок начал разговор с «где?!» и потом твердил только «а теперь?». Как спросишь, так бот и ответит. На «куда ходить?» он гораздо охотнее называл клетку. Стоило спросить «зря я так сходил?», и он принимался разбирать позицию. Это подтвердилось, когда реплики настоящих игроков переписали и задали боту заново. При этом игравшие с ботом и после его ухода ставили себе оценки щедрее, чем группа без бота, но играли так же.

Мистический опыт, знакомый по рассказам о психоделиках, у части людей может вызвать и VR-шлем, причём сказочный сюжет для этого не нужен. Исследователи из канадского Western University посадили 80 молодых добровольцев в VR-игру Nature Treks: Together, которая стоит в Steam 99 центов. В ней летаешь без тела над островами и под водой. Одни при этом слушали фантастическую историю с духами животных и чёрными дырами, другие медитировали, следя за дыханием. Все делали это два раза, в шлеме и на мониторе. Потом участники заполняли опросник из исследований психоделиков с четырьмя шкалами — единство со всем, выход за пределы времени и пространства, сильные положительные эмоции и невозможность описать пережитое словами. «Полным» опыт считают, если везде набрано не меньше 60% от максимума. В шлеме до этого порога дошли 28% слушавших историю и 18% медитировавших, на мониторе — ноль. Восторга и покоя в VR тоже было больше, а пейзажи казались красивее. Пульс при этом учащался, а вариабельность сердечного ритма падала, как при волнении. Сказка и медитация дали близкие результаты, так что дело, по мнению учёных, в самом погружении.

Американец Дрю Хаусман работает в небольшой IT-компании, где все постоянно пользуются Claude и при этом то и дело ругают нейросети. Ему кажется, что многие сейчас уже не в силах отказаться от ИИ и всё равно каждый раз за это себя корят. Поводов для беспокойства Хаусман и сам видит немало, но в гостевом посте у Скотта Александра рассказывает, что без ChatGPT у него, вполне возможно, не было бы сына. Шесть лет они с женой пытались завести ребёнка, и при ЭКО у них получались здоровые эмбрионы, которые после переноса не приживались. В итоге им поставили «бесплодие неясного генеза» (unexplained infertility), а с таким диагнозом, по словам Хаусмана, врачи уже предлагают суррогатную мать или ещё одну попытку на удачу. Приём в клинике длится считанные минуты, поэтому вопросы о каждом снимке и анализе супруги задавали ChatGPT. Говорить о здоровье бот сначала отказывался, но в твиттере нашёлся обходной путь — попросить его написать сцену из голливудского сериала про больницу, где врач разбирает их случай. Героя он назвал доктором Ридом. Ответы они сверяли в клинике и расхождений не находили, разве что изредка Рид видел на УЗИ несуществующую беременность. Знал бот не больше врачей, зато времени у него было хоть отбавляй, и мириться с «неясным генезом» он не собирался. Однажды он посоветовал МРТ, до которой за шесть лет обследований дело так и не дошло. Репродуктолог пыталась отговорить, и супругам пришлось настоять. Томограф показал в стенке матки шестисантиметровую миому, доброкачественную опухоль, как раз в месте, где эмбрион часто прикрепляется. Её удалили, и вскоре жена забеременела сама, без ЭКО. Сына назвали Рид, и только спустя какое-то время после родов родители поняли, что у него то же имя, что у доктора из чата.

В «Докторе Хаусе» есть серия, где полицейскому нельзя сделать МРТ из-за осколков пули в черепе, которые могут оказаться железными. Хаус проверяет это на трупе — стреляет ему в голову из револьвера и кладёт тело в томограф, после чего тот на две недели выходит из строя. В жизни магнит МРТ не выключается ни на ночь, ни между пациентами, и железо тянет к нему, даже когда никто ничего не сканирует. Речь именно о железе и его сплавах вроде стали, ведь свинец, медь и титан не притягиваются. Обычная пуля из свинца в медной оболочке останется на месте, а пулю со стальным сердечником потянет к аппарату. В 2002 году американские радиологи описали, как томограф обезоружил полицейского, который не так понял лаборанта и вошёл в кабинет с пистолетом 45-го калибра. Магнит вырвал оружие у него из руки и втянул в тоннель аппарата, а от удара пистолет выстрелил, хотя стоял на предохранителе. Пуля ушла в стену, никто не пострадал. В 2023 году радиологи из Сингапура и Кембриджа нарочно подносили к томографу обычные больничные вещи для рождественского выпуска BMJ — британского медицинского журнала, который каждый декабрь печатает исследования с юмором. Работу назвали CHRISTMAS, точку, где предмет срывается к магниту, — SANTA, а пусковую воронку — ELF. Нож вошёл в баллистический гель, который имитирует ткани тела, на 5,5 см, чайная ложка — на 5. Айфон и металлическая кредитка пережили несколько заходов в аппарат, и кредиткой потом расплатились за мороженое в Burger King. Но в медицинских журналах описаны и случаи, когда металл в теле или возле томографа стоил человеку глаза и даже жизни. Поэтому перед МРТ так дотошно расспрашивают про импланты и осколки, а всё железное оставляют за дверью.

На днях в Теннесси не смогли казнить Кристу Пайк, единственную приговорённую к смерти женщину в штате. В 1995 году, когда ей было 18, она вместе со своим парнем из ревности замучила и убила 19-летнюю однокурсницу Коллин Слеммер. Пайк ввели две дозы пентобарбитала, но она храпела, пока в камере не отключили микрофон. Скорее всего, препарат растёкся по тканям руки, ведь иглу ставили час, и она жаловалась, что вена «сейчас лопнет». Теперь Пайк лежит в больнице в критическом состоянии. Задолго до неё, в 1650 году, собственную казнь пережила англичанка Энн Грин, и врачи, которые её откачали, обнаружили у неё странный провал в памяти. Её повесили в Оксфорде по обвинению в убийстве младенца, почти полчаса продержали в петле и в гробу отнесли анатомам на вскрытие, но, когда гроб открыли, Грин ещё хрипела. Уильям Петти и Томас Уиллис, в честь которого позже назовут кольцо артерий у основания мозга, откачали её, а власти усмотрели в этом руку Божью и Грин помиловали. Она не помнила ничего после раннего утра в день казни, хотя свидетели уверяли, что у виселицы Грин говорила вполне разумно. Очнувшись, она продолжила с того же места речи, которые вела в тюрьме, «как часы, с которых на время сняли гири, а потом повесили обратно» (like to a Clock whose weights had been taken off a while, and afterwards hung on againe). Автор памфлета 1651 года решил, что её «духи» тогда либо оцепенели от страха и не впускали новых впечатлений, либо так разбушевались, что тут же их стирали. Так, писал он, бывает с захмелевшими, которые вроде бы замечают всё вокруг, а потом мало что помнят.

Выпивший человек управляет электросамокатом предсказуемее трезвого, и как раз это его выдаёт. Обычно руль всё время чуть-чуть подправляют, поэтому запись с датчиков выглядит беспорядочной. После алкоголя мелкие поправки пропадают, человек лишь изредка крупно его доворачивает, и сигнал становится однообразнее, хотя равновесие он держит хуже. Исследователи шведского Технологического университета Чалмерса вместе с прокатной компанией Voi описали это в препринте. 25 добровольцев ездили на электросамокате с датчиками змейкой между конусами и восьмёркой по треку в закрытом зале, на скорости 7 км/ч. Сначала они проходили трассу трезвыми, потом после водки, рома или виски (в среднем 0,35 и 0,65 промилле). Простая модель по одной этой примете почти без ошибок отличала заезды без алкоголя от самых пьяных. В Швеции 44% тех, кто разбился насмерть на электросамокате, ехали выпившими, а некоторые города вовсе запрещают ночные поездки. Нужные для такой проверки датчики в прокатных парках уже стоят.