Переверни страницу

Оказалось также, что помимо канала есть еще и сайт: https://bigthink.com.

Несколько лет назад я открыла для себя канал Big Think на ютьюбе (вдруг вы о нем еще не знаете). Это научно-популярный канал про все на свете, от философии до астрофизики, где в жанре “explain me like I am smart” ученые доступно объясняют сложные вещи. Например, Мичио Каку объясняет теорию струн или как работает квантовый компьютер, Брайан Кокс рассказывает, почему человечество до сих пор не встретило инопланетян (мы можем быть одни во вселенной, технологии инопланетян могут быть настолько продвинутыми, что мы не способны их замечать, или - понимая уровень нашего развития, они соблюдают “космический карантин”). Особенно хочется порекомендовать несколько видео, посвященных счастью: Лори Сантос, профессор Йельского университета, рассказывает, почему в современном мире все сложнее быть счастливым (потому что мозг обманывает нас), и лекция про антихрупкость, где счастье сравнивается с солнечным светом, который гораздо приятнее воспринимать в рассеянном виде, а не напрямую.

Привет, друзья. Давно ничего не публиковала в этом канале и очень по нему соскучилась. Спасибо вам, всем тем, кто все еще здесь и не отписался, учитывая, что последний пост здесь вышел целых 2 года назад. Тогда казалось, что самое ужасное с чем пришлось столкнуться нам с вами и миру - это ковид с его карантинами и органичениями (хахаха!).

Без долгих вступлений хочу поделиться с вами учебником (а точнее, невероятно обширной подборкой статей и видеолекций) по истории западного искусства. Он создан энтузиастами проекта Smarthistory, который построен на идее о том, что знания должны быть бесплатными и общедоступными. Каким то невероятным образом им удалось задействовать в создании материалов более 200 специалистов по истории искусства, арт-критиков и кураторов и рассказать обо всем, что известно об истории западного искусства, начиная с периода позднего палеолита. Возможно, о существовании этого проекта вам давно известно (кажется, The Art Newspaper писал о нем еще 5 лет назад), но количество материалов там такое, что читать можно бесконечно. А еще есть курсы по современному искусству и истории архитектуры!

У AdMarginem новая серия книг. В продаже с осени

В одном из интервью фон Триер говорил, что идея фильма «Меланхолия» пришла к нему, когда он лечился от клинической депрессии. Терапевт сказал ему, что люди, подверженные депрессии, в кризисных ситуациях ведут себя гораздо спокойнее других, потому что ожидают самого худшего. Как и фильм, виртуальная «Меланхолия» не дает никакой надежды на спасение, она напоминает, что мы все умрем, вся жизнь есть миг, и нам остается лишь созерцать ее мимолетную красоту.

Для фон Триера это первый проект в жанре изобразительного искусства, всего задумано 13 выставок — по одной на каждый из его полнометражных фильмов. «Меланхолия» посвящена одноименному фильму с Кирстен Данст и Шарлоттой Генсбур и состоит из трех частей: авторского текста, ограненного особым образом 12-каратного бриллианта и короткого VR-аттракциона по мотивам кинопроекта. На деле же выставка выглядит так: вы заходите в пустой выставочный зал, где одна из стен отведена под текст фон Триера, объясняющий замысел проекта. На единственном объекте в зале, кожаном диване, лежит инструкция по взаимодействию с виртуальной реальностью. Затем вас приглашают в просторную темную комнату, где под потолком висит конструкция, соединенная проводом со шлемом виртуальной реальности. Немного поодаль находится подсвеченная изнутри витрина, в ней на бархатной подложке выставлен большой блестящий алмаз. При близком рассмотрении он оказывается сростком двух крупных бриллиантов, один из которых имеет ровные грани, а другой сохранил природную неровную форму. VR-аттракцион длится всего 2 минуты: вы оказываетесь в темном виртуальном пространстве, где под музыку из оперы Вагнера перед вами вырастают все те же ослепительные камни-близнецы, увеличенные до гигантского размера. Они медленно вращаются в воздухе, издавая мощный гул и заставляя вас невольно пятиться назад. Услышав увертюру из оперы «Тристан и Изольда», внимательный зритель конечно вспомнит, что она звучала в кульминации «Меланхолии», когда огромная голубая планета, озарив ярким светом поле для гольфа с сидящими на нем героинями, врезалась в Землю. Бриллиант и в самом деле похож на две столкнувшиеся планеты, а еще он расположен так близко к зрителю, чтобы у того возникло чувство клаустрофобии: специальным движением рук его можно отдалить от себя, но совсем ненамного. В результате вы буквально сталкиваетесь с надвигающейся угрозой, неизбежным апокалипсисом, образ которого завораживает и пугает одновременно.

В Антверпенском музее современного искусства в феврале открылась выставка Ларса фон Триера “Melancholia: The Diamond”, и поскольку продлится она как минимум до 5 мая, кажется, еще не поздно про нее рассказать.

После второго развода Фукасэ жил с котенком Сасуке, названным в честь ниндзя из японского мультфильма. В какой-то момент Сасуке исчез, и фотограф обклеил район объявлениями о его пропаже. Через несколько недель ему позвонила женщина, которая сообщила, что нашла котенка, который якобы выглядит точно так же, как кот на фотографии. Встретившись с ней, Фукасе обнаружил, что котенок — это не Сасуке, но все равно решил приютить его. Так началась большая дружба и любовь с Sasuke Number Two, запечатленная в трогательной и забавной серии Afterword, которая была издана уже после его смерти.

На входе в амстердамский музей фотографии FOAM висит большая фотография, на которую нельзя не обратить внимание, - это снимок безумного вида кота в паутине из ярких ниток и булавок. Оказалось, что это работа японца Масахисы Фукасэ (1934-2012). Википедия пишет, что его работы посвящены теме одиночества, потери семьи и отчужденности, и биография его трагическая. Два развода и смерть отца, за которыми последовали годы тяжелой депрессии. Затем несчастный случай, в результате которого он получил тяжелую травму мозга и впал в кому, продлившуюся до самой смерти. Фотографии Фукасэ в самом деле красивые и грустные. Но самое трогательное — это история с тем самым котом, описанная в New Yorker