Почему это шедевр?

Яёи Кусама, 22 марта 1929 — 14 августа 2026 #RIP #ЯёиКусама #точка Теперь правда ТОЧКА. Но в случае ее бессмертия - это многоточие и попадание в вечность. Умерла в Токио в 97 лет. Родилась... короче о том, как она от своих глюков бежала через лес искусства - ПЭШ? уже писал. Нас она научила: - физическому переживанию: Infinity Nets - мягкости скульптур - ко всему примени одну форму - нажми на точку и посмотри. что будет - своей личной форме в зеркале - бесконечности Её главное изобретение — не горошек. Она пересоздала бесконечность как формат искусства. Как когда-то открыли перспективу. В Infinity Mirror Rooms один источник света отражается сотни раз. Один зритель превращается в множество. Пространство перестаёт иметь конец. Точки прошли путь от её личной психологической проблемы до мировой визуальной собственности. Тыквы стали скульптурами. Зеркальные комнаты — музейными блокбастерами. Что там про CV? В 1993 году она представляла Японию на Венецианской биеннале персональным проектом. В 2017 году в Токио открылся её собственный музей. Её работы находятся в MoMA, Tate и крупнейших коллекциях мира. Нет никаких «точек Кусамы». Просто точки — и мы уже думаем о Кусаме. Она всю жизнь писала об eternity, infinity, love, life, death, universe. Даже некролог её студии говорит, что до конца она продолжала исследовать "eternal love" и "eternal soul". Скучно писать, что Кусама закончилась 14 августа. Она слишком хорошо спроектировала собственную вечность. Зажигается одна точка. В зеркале появляется ещё тысяча. И если точки Кусамы продолжают зажигаться — значит, это кому-нибудь нужно. А вы видите икону с желтой тыквой? 😱© ПЭШ¿ — здесь про арт

Супер-польза для каждого, кто создает смыслы в Арте! #анонс #нереклама #бесплатно Эта инфа попадает мне как выпускнику MSCA. Рекомендую, потому что знаю кто там и что там. 29 августа в стенах Московской школы современного искусства MSCA пройдет бесплатный воркшоп «Конструктор концепций» о том, как рождается идея выставки современного искусства. Участники разберут, с чего начинается кураторское исследование, как сформулировать исследовательские вопросы, определить теоретические рамки проекта, выбрать формат выставки и найти ее эстетическое решение. В ходе воркшопа Катя Крылова, PhD по культурологии, куратор, историк искусства и руководитель программы MSCA «Практики кураторства», предложит участникам собрать драфт собственной выставочной концепции из разных элементов: наблюдений, метафор, философских идей, исследовательских вопросов и данных научных исследований. Отвечая на вопросы «Что?», «Зачем?» и «Как?», каждый участник соберет каркас концепции, которую сможет развивать дальше — в том числе через выбор работ художников и уточнение кураторского высказывания. Кому будет полезно: тем, кто хочет попробовать себя в кураторской практике, исследователям современного искусства, художникам, критикам и всем, кто хочет понять, как создаются выставочные концепции. Когда: 29 августа, 14:00–16:00 Где: Центр дизайна Artplay, ул. Нижняя Сыромятническая, 10, стр. 3А, 5 этаж, ауд. 3.5/10 Подробности регистрация: https://msca.ru/event/workshop/konstruktor-koncepci/ 1. Бесплатно 2. Не надо никуда потом идти учиться, это как короткий интенсив, я много прошла таких курсов - они дают глубокие знания, и потом ты сам решаешь - идешь ли дальше. 3. Наконец-то сможете побывать на ArtPlay, если не были ранее. Рекомендасьон 😜🦋🧚‍♀️

Ван Гога на все отвесьте! Блинчики отдельно... Запаковать! #news #артрынок #артбизнес #коллекционер Для меня арт-рынок — это не про "купил картину", а про сериал — кто кому продал и как сериал "Наследники" сыгран вживую. Кто вообще получил право продать и как. Аукцион? Кто появится в заголовках всех газет, тот и вода! На этой неделе Sotheby’s забрал у конкурентов часть коллекции аргентинской семьи Blaquier примерно на $450 млн. Там Ван Гог, Сезанн, Дега, Ренуар, Писсарро. Семья собирала десятилетиями. Теперь дети превращают наследство обратно в деньги. Кто все эти люди, фотки которых можно найти на shutter stock и в каком возрасте их начали учить современному искусству, оно же висело прямо в гостиной! Главный лот Винсент Ван Гог, 1890 — "Каштан в розовом и белом цвету". Ожидают $150–200 млн. Это пока не официальный эстимейт Sotheby’s, а ожидание рынка. И мне нравится именно этот момент: картина ещё не вышла на торги, а цена уже начала жить своей жизнью. Но настоящий бизнес здесь не Ван Гог же... Christie’s раньше уже работал с этой семьёй и продал другого их Ван Гога — Zouave, 1888 — примерно за $190 млн в частной сделке. Казалось бы, клиент почти их. Но Sotheby’s предложил семье крупную гарантию и забрал коллекцию себе. Что такое гарантия? Аукционный дом обещает продавцу минимальную сумму ещё до торгов. То есть буквально покупает право рискнуть чужим шедевром. Зачем? Потому что коллекция на $450 млн приводит: - покупателей - прессу - новых продавцов - следующие коллекции - подтверждает статус дома, где сейчас происходит "большое искусство" Сейчас читаю книгу "Теория игр", где все про стратегии и мне прямо интересно — был ли слайд с такой аргументацией. Рядом с Ван Гогом Сезанн, Дега, Писсарро и Ренуар... А я просто любуюсь бабушкой с картинки и думаю, она блинчики покупает в АВ или во ВВ? Даже глубже - онлайн или сама выбирает? С курицей или это уже пошло и только с джемом... Математика: коллекционер десятилетиями покупает искусство. Институции закрепляют имена. Наследники получают актив. Аукционный дом платит за право превратить этот актив в мировое событие. Так что там говорите важнее блинчики или мировой рынок куртин? 😱© ПЭШ¿ — здесь про арт

Выходцы из Нью-Йорка? Пусть их будут звать бандой... #ПЭШ¿ #артрынок #институции Сегодня, 17 августа 2026, в MoMA PS1 последний день Greater New York 2026 — выставки, которую музей устраивает раз в пять лет и называет обзором художников, живущих и работающих в Нью-Йорке. Шестой выпуск: 53 художника и коллектива, больше 150 работ, весь музей. Успей до 18:00. Вход бесплатный. Здесь и начинается моя любимая музейная математика. В Нью-Йорке работают тысячи художников. В музей вошли 53. Кураторы вроде бы отвечают на вопрос «что происходит с искусством города в 2026м?» В центре — художники на формативных этапах карьеры, а вокруг них сегодняшний Нью-Йорк: технологии, экономическая нестабильность, политическое насилие и способы со всем этим жить. Frieze — международное арт-медиа и одна из главных систем арт-ярмарок — описал настроение выставки тремя словами: scrappy, political, paranoid (учим английский вместе: непоседливый, политически активный, параноик). Hyperallergic — независимое нью-йоркское медиа, которое любит музеи достаточно сильно, чтобы регулярно с ними спорить, — заметил другое: попытка показать искусство всего Нью-Йорка по определению слишком неудобна. Я бы добавила - невозможна. Музей и не обязан показать «всех лучших». Его власть интереснее: поставить имена рядом, дать им институциональный контекст — и оставить этот список истории и вспомним древних греков — судьбе. Кого после этой выставки лично я бы занесла в watchlist? Dean Majd. Frieze назвал его фотосерию политическим и эмоциональным центром выставки. В 2026-м у него прошла первая персональная выставка в Baxter St, а Aperture уже готовит его первую монографию на 2027 год. Цену не угадаешь, но репортажником на свадьбу уже не позовешь... Nickola Pottinger. Скульптуры-duppies уже прошли New Museum, персональный музейный проект в Aldrich и теперь MoMA PS1. Louis Osmosis. 1996 год рождения, скульптура, инсталляция, юмор и уже несколько персональных галерейных проектов. Следить: Kapp Kapp. Покупать? Вот здесь музейная любовь заканчивается: цена входа, первичный рынок, галерея, институциональная траектория, дефицит работ, перепродажи. Один логотип MoMA доходность не гарантирует. Но сигнал система уже дала. Сегодня они участники выставки. Завтра в CV навсегда останется: MoMA PS1, Greater New York 2026. Музей не просто обнаруживает культурный капитал, а в этой форме командной выставки участвует в его производстве. Личный вопрос каждому: кому вы доверите первые 10 000 долларов: музею, рынку или себе? 😱© ПЭШ¿ — здесь про арт

Перенести мировое шоу на 1 день, или сколько стоит слово Ye в Алматы? #искусствособытия #артбизнес #бизнес #шоу 14 августа Центральный стадион Алматы уже был полон, Ye должен был выйти в 21:00. Но город пережил блэкаут, ветер угрожал сцене — шоу перенесли на сутки. Музыку я не слышу, зато отлично слышу экономику большого события. All in. Билеты стоили 120–350 тыс. ₸ — примерно 22–63,5 тыс. ₽. При средней цене 200 тыс. ₸ касса могла быть около 5,2 млрд ₸ — примерно 943 млн ₽. Но деньги уже давно не только за приход зрителя: 100+ тонн оборудования привезены, стадион арендован, сцена построена, команда и зрители на месте. У продюсера было четыре хода. Да, я рассуждаю по-взрослому, потому что каждый раз когда в стране пандемия, кризис, война или еще что-то против нас, то, чтобы устанавливать свои правила, начинаю делать исследования рынка - делать ли большое шоу и что вкладывать. Итак ходы: 1. Провести шоу несмотря на... — дёшево ровно до первой аварии. Безопасность превыше всего. Значит было много человеческого труда. 2. Отменить полностью — вернуть билеты и списать уже произведённое событие. 3. Перенести на недели — фактически собирать его заново. 4. Или купить ещё одни сутки. Выбрали последнее. И мне этот ход нравится. Организатор платит ещё день за стадион, технику, команду, охрану, гостиницы. Дорого. Но контролируемо. Зритель тоже доплачивает: ещё ночь, еда, такси, перенос билета домой. Кто не мог остаться, мог перепродать билет через официальный сервис Ticketon. Если таких зрителей было около 4 000, речь шла примерно о 800 млн ₸ — 145 млн ₽ билетов, зависших между перепродажей и потерей возможности попасть на шоу. Парадокс красивый: организаторы потратили больше, чтобы потерять меньше. Зрители купили ещё один день, чтобы не потерять концерт. И говорят были лучшие эмоции в жизни на шоу 15.08. А вот город получил ещё сутки расходов гостей на гостиницы, рестораны и такси. Кто-то выигрывает даже на тотальных проблемах. А теперь главное для индустрии. Форс-мажор больше нельзя хранить в папке «авось». Большим outdoor-шоу нужны резервное питание, погодные пороги остановки, запасной день, договоры на продление аренды и event cancellation insurance — страховка отмены и переноса. Самая дорогая экономия в шоу — не заплатить за ещё одни сутки и потерять весь проект. Зато сколько идет на кассу: мемы, новый мерч, эмоции, психология зрителей, которой хочется делиться, совершенно новые приключения. Вы бы заранее заложили запасной день в смету, даже если девять раз из десяти он не понадобится? 😱© ПЭШ¿ — здесь про арт

Сегодня обо всех классных говорится - Принц! Мой кожаный принц прислал мне железного принца, чтобы мне было, чем заняться на неделе. Получила я такую задачу и чтобы не меньше!🤣 Кайфовое продление лета на скейте🫰 Если встретите такого осенью или зимой, то лето вернется?🤔

Пиши, сокращай! #артпродюсирование #профессия Самая дорогая ошибка любой нашей работы — желание показать всё. Почему хороший арт-продюсер иногда должен убрать половину искусства и вообще спрятать свой интерес? Потому что вам, вашему Творцу и вашим идеям не завтра умирать. Каждый раз радуюсь, когда книги из юности оказываются практически бессмертными. «Пиши, сокращай» Максима Ильяхова и Людмилы Сарычевой — книга о том, как убирать словесный мусор и оставлять мысль ясной, точной и убедительной. У неё, кстати, уже есть обновлённое издание 2025 года. Сайт книги, чтобы строки говорили за себя. Использую этот принцип каждый день. В текстах. В креативе. В режиссуре. Хотя в книге почти ничего не написано про креатив. А сейчас я бы ещё переиздала её для нашей новой счастливой жизни с LLM: нейросеть великолепно умеет добавить. Значит, человеку всё чаще придётся уметь убрать. После текста про музейную усталость зову вас в следующую мысль: отбор — тоже производство смысла. Мы слишком много времени тратим на собирательство. Коллекционер внутри нас бьётся в припадке. Художников — двадцать. Работ — сто. Экранов — восемь. Текстов — чтобы точно всё объяснить. Клиент доволен: ничего не потеряли. ...Потеряли зрителя. Арт-продюсер нужен не для того, чтобы найти ещё одну пустую стену. Его работа — оставить стену пустой. У каждого выставочного объекта должна быть функция: открыть тему, изменить масштаб, дать паузу, создать конфликт, стать кульминацией. Если две работы делают одно и то же — одна лишняя. Даже если обе прекрасны. Кажется, канонов больше нет. А вот и правило: целое важнее каждого отдельного хорошего решения. Сформулировала, за что платят арт-продюсеру: за неприятное профессиональное решение сказать художнику, куратору, бренду или заказчику «нет». В событиях та же механика. Ещё один экран, спецэффект или декор-объект не обязательно увеличивает ценность. Иногда он увеличивает только смету и уменьшает внимание. Арт-продюсер управляет не количеством искусства. Он управляет дефицитом внимания. На бумаге всё выглядит прекрасно. Потом наступает генеральный прогон — возможность увидеть проект раньше зрителя... и убрать то, что мешает целому. Самая профессиональная фраза иногда звучит не «давайте сделаем», а «этого здесь не будет». Мой вопрос по-Маяковски: а вам легче ещё один сильный объект добавить — или хорошим ради целого пожертвовать? Его знаменитое «А вы могли бы?» заканчивается именно вызовом сделать невозможное из привычного. 😱© ПЭШ¿ — здесь про арт

Как сделать трофей — шедевром? #искусствособытия #культурныйкодсобытия Да, есть что сказать в этой теме. Вместе с Мишей Мостом и Темой Ткачом мы создавали искусство для AIJ в моменте. С Максом Созоновым и Color PR делали для IQOS проекты с Яёи Кусамой, André Saraiva (Mr. A) и Julien Colombier. Арт бренду нужен не ради декора. Художник даёт легенде смысл. А если всё сделано правильно — смысл превращается в традицию. Фиксируем: 16 августа, Сиена снова будет заниматься тем, что Италия умеет особенно хорошо — превращать городской ритуал в искусство, а искусство в коллективную собственность. На Палио ди Сиена победившая контрада получает не кубок. Ей вручают drappellone — расписанный вручную шёлковый стяг, который остаётся у района и входит в его музейную коллекцию. Такие стяги создавали Фернандо Ботеро и Джим Дайн. В 2026 году автор — румынская художница Теодора Аксенте. Работа уже попала на все полосы и в том числе в Art Newspaper. Помните в Евровидении актуалочку обсуждают... Пыль! 🤣 Drappellone 2026 посвящён Успению Богородицы и 500-летию битвы при Камоллии. В центре — Мадонна с Золотой розой, композиция отсылает к сиенской живописи и Симоне Мартини, светотень — уже к Караваджо. Современного художника пригласили не «сделать красиво». Её пригласили переписать городской миф на языке своего времени. И эта механика в маркетинге старше самого Палио, на секундочку. В Древней Греции победителю Олимпийских игр вручали венок, но настоящее бессмертие начиналось потом: атлеты ставили в Олимпии бронзовые статуи. Победа длилась день — образ победителя оставался поколения. Римляне увеличили масштаб. Победы превращались уже в архитектуру: триумфальные арки, колонны, храмы, рельефы. Арка Тита до сих пор рассказывает о победе I века лучше любого вручённого тогда трофея. Искусство не сопровождает событие. Оно становится его памятью, доказательством и культурным капиталом. Гонка длится минуты. Drappellone остаётся на поколения. Это и есть режиссура культурного кода. Дальше не вопрос: вот если бы сегодня победителям вручали не кубки, а работы современных художников — что через сто лет рассказало бы о нас больше? 😱© ПЭШ¿ — здесь про арт

Ван Гог отказался от фамилии? Имя Vincent превратится в бренд? #ПЭШ¿ #артрынок Сидела и думала, как свое имя сделать неймингом для всего, как у Трампа. Ведь тогда заработок стартует с ассоциации с тобой? Вот и у Ван Гога новая интрига спустя 136 лет после смерти: исследовательница Julia Engelmayer из Van Gogh Museum впервые системно изучила его подписи. Из примерно 840 сохранившихся картин подписаны только 133 — около 16%. Для художника XIX века это очень мало. И почти всегда он писал не Van Gogh, а просто Vincent. Причина почти современная. Фамилию за пределами Нидерландов плохо произносили. В 1888 году Винсент сам попросил указать в каталоге выставки только имя — именно так, как он подписывал холсты. Плюс отношения с семьёй были сложными: в письме брату Тео он однажды фактически дистанцировался от фамилии Van Gogh. Но интереснее другое: подпись была знаком внутреннего допуска к рынку. Ван Гог чаще подписывал картины, которыми был доволен, которые хотел показать, продать или подарить. В Париже — 57 подписанных работ. В лечебнице Сен-Реми — всего семь. В Овере, за последние месяцы жизни, — одна. У вас есть "Звездная ночь" хотя бы в виде блокнота? У меня обложка на паспорт! Почему я до сих пор верю, что она принадлежит Винсенту? Ведь даже "Звёздная ночь" осталась без подписи. Сегодня Christie’s и Sotheby’s отдельно подчёркивают, когда на продаваемой работе есть это короткое Vincent. Не потому что подпись делает Ван Гога Ван Гогом. А потому что рынок любит редкость даже внутри уже редкого. Он убрал фамилию ради простоты. История искусства оставила только имя. Что сильнее создаёт художника как бренд: произведения — или знак, которым он однажды решил их признать? Вы долго работаете над Легендой бренда? 😱© ПЭШ¿ — здесь про арт

Музейная усталость #термин #артпродюсеру Так как проблем много: надо вернуть молодёжь в музей, побороть пандемию (это у вас она закончилась, а мир до сих пор справляется), объединить жанры в музеях (от квестов до VR), то в работе у музейщиков все больше терминов. Беремся за "музейную усталость". Это когда тело ещё движется по залу, а внимание уже забрало пальто и ждёт у выхода. Термин появился в исследованиях посетителей ещё в первой половине XX века. Но это не просто «устали ноги». Специалисты разделяют физическое утомление, информационную перегрузку, конкуренцию объектов и пресыщение повторяющимися впечатлениями. Три классических случая. Первый — музей-марафон. Лувр: очередь, толпа, километры переходов и "охота за Моной Лизой". Директор музея называла посещение физическим испытанием; здание принимает более восьми миллионов человек в год, хотя инфраструктура 1980-х рассчитывалась примерно на четыре миллиона. У нас вы можете вспомнить себя в Эрмитаже. Второй — эффект "десятого пейзажа". Когда в одном зале подряд висят 20\50\100 похожих полотна одного периода. Первое зритель рассматривает, у пятого начинает узнавать приём, а к десятому видит уже не отдельную работу, а формулу: «ещё один пейзаж», «ещё один портрет», «ещё одна абстракция». Со мной такой «пережуй» случился однажды в неожиданном месте... Русский музей показывает Шишкина. Но на выставке «Русский лес», где вживую показали «Мишек» и «Рожь» и вообще все лучшее я неожиданно закончилась после первого зала. Анализировала конфуз: потому что от картины к картине получала - одну формулу, одного автора, одного типа подпись, ноль загадок, одни разгадки. Я листала «школьную тетрадку» - все полезное о простом. Я привела фотку с мятными ширмами. Все субьективно. Не ругайте меня за простоту. Картины перестают усиливать друг друга и превращаются в фон. Это не проблема зрителя. Экспозиция не создала различий, пауз и кульминации. Для фотографии подойдёт длинная музейная стена с плотным рядом похожих картин и одним посетителем, который проходит мимо. Третий — зал, где всё главное. Двести подписей, десять экранов и сорок объектов одновременно борются за человека. В итоге он выбирает самое крупное, знакомое или ближайшее, а остальное превращается в культурные обои. Это не недостаток образованности. Это плохая режиссура внимания. Поэтому арт-продюсер проектирует не количество впечатлений, а их ритм: кульминации, воздух, смену масштаба и право ничего не читать. Это кстати, крутое право — оставаться без переводчика, наедине с искусством и самому делать вывод, что мне хотели сказать, а что я услышал. Если зритель устал от искусства, возможно, искусство просто плохо поставили. Если вспомните, то мне поможет 🙏🙏🙏 на каком зале вы обычно перестаёте смотреть и начинаете только фотографировать? 😱© ПЭШ¿ — здесь про арт