РСМД

🇺🇸🇮🇷 Полагаться на слово представителей американской администрации — включая президента — и устные взаимопонимания с ними не стоит. Важно осознать, что в XXI в. дипломатия уже не выступает в качестве альтернативы силовым рычагам. Она превратилась в средство регулирования степени эскалации конфликта — по крайней мере до тех пор, пока одна из сторон не истощит себя настолько, что сочтет дальнейшее продолжение войны гибельным для себя. История с американо-иранским Меморандумом о взаимопонимании (МоВ) служит не только для Ирана, но и для России ярким примером того, как легко в администрации Дональда Трампа относятся к дипломатическим договоренностям, в том числе положенным на бумагу. И все же МоВ рано списывать со счетов. Это та договорная база, в которой, пусть неудачно, заложены все те вопросы, которые могут лечь в основу поэтапного мирного урегулирования. Как показывает развитие событий, после срыва временного перемирия обе стороны по-прежнему настроены на переговоры, хоть и по разным причинам. Вероятно, в какой-то момент всплывет «вторая редакция» МоВ, где ключевые вопросы (Ормузский пролив, Ливан — Израиль — «Хезболла», санкции, ядерная программа, обязательства о ненападении) получат более четкое текстуальное и структурное оформление. Цель такого редактирования будет состоять в том, чтобы обе стороны могли «продать» соглашение своей внутренней аудитории. В какой-то момент — не исключено, что еще при нынешней американской администрации — для России наступит время договариваться с США по Украине. Опыт американо-иранской войны, как собственно военный, так и дипломатический, может нам пригодиться при выработке тактики и стратегии таких переговоров. Александр Аксененок анализирует особенности военно-дипломатического подхода США в контексте иранского кризиса. https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/voennaya-sila-i-diplomatiya-csha-v-konflikte-s-iranom-uroki-dlya-rossii/

🌍 История исчезновения неандертальцев поучительна. Возможно, не существовало великой последней битвы, после которой победивший сапиенс остался хозяином Европы. Гораздо вероятнее значительно менее кинематографическая картина: малые группы, смешение, конкуренция, локальные исчезновения, различия размеров социальных сетей, миграционные притоки, небольшие различия репродуктивного успеха. Тысячи почти незаметных событий. А через несколько тысяч лет неандертальцев уже нет. Точнее, нет как самостоятельной популяции. Они растворились в нас. Первая волна — во второй. Гуанчи исчезли как отдельное общество, но остались в геноме населения Канарских островов. Косовская демография десятилетиями готовила политическую реальность, которая значительно позднее стала видна всему миру. И сегодня Европа сталкивается с третьей волной, конечный результат которой никто не способен честно вычислить заранее. Именно здесь демография смыкается с нелинейностью: одинаковые первоначальные условия не гарантируют одинаковых финалов, обратные связи изменяют саму систему, а небольшие различия на длинном временном интервале могут привести к качественно различным состояниям. Европа сегодня в некотором смысле представляет собой большую Сеуту, которую можно назвать своеобразным демографическим микроскопом. Во время миграционных кризисов то, что на уровне континента представляет собой медленное движение миллионов людей и десятилетий, здесь становится почти физически видимым: с одной стороны границы — Европа, с другой — Африка, а между ними несколько метров инженерных сооружений. Нурали Латыпов в новом тексте на сайте РСМД анализирует ситуацию демографического градиента, сформировавшуюся между стареющим богатым пространством и значительно более молодым окружающим миром. https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/evropa-kak-bolshaya-seuta/

🇦🇲 Главный внешнеполитический слоган новой армянской «пятилетки» можно сформулировать как «мир без стратегического союза с Россией». Сегодня Ереван отдает предпочтение, во-первых, западному вектору (сближение с ЕС и США; фактор НАТО пока представляется маргинальным), во-вторых, так называемой «регионализации» — сближению с непосредственными соседями (Азербайджан, Турция, Грузия), даже с теми, с кем еще вчера страна была вовлечена в затяжной этнополитический конфликт. При этом у команды Н. Пашиняна имеется карт-бланш и от западных союзников: на отступление от демократических канонов США и ЕС готовы закрыть глаза — ведь на кону минимизация российского влияния на Южном Кавказе, а фактически слом модели союзнических отношений между Москвой и Ереваном. Однако означает ли это быструю переориентацию Армении и ее попадание в сферу влияния Запада? Ответ не так прост, как может показаться. На первый взгляд, стройные и логически выверенные планы армянских властей могут столкнуться как с внутренними, так и с внешними препятствиями. Впрочем, и для России легкой жизни не будет. Критически важно не подыгрывать ЕС и проевропейским элитам в Ереване — то есть, по крайней мере, самим не ускорять разрыв имеющихся связей. Сергей Маркедонов @DonskoyCossack о смене вех в армянской политике. https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/natsionalnaya-bezopasnost-i-vneshnyaya-politika-armenii-smena-vekh/

🇪🇺💶🇺🇦 Европейские элиты настроены идти до конца в вопросе поддержки Украины. Юлия Мельникова о бюджете ЕС 2028–2034 Дискуссия о бюджете Европейского союза на 2028–2034 гг. в самом разгаре. Основной вопрос — поиск источников финансирования новых направлений и программ, прежде всего в области наращивания возможностей интеграционного объединения в области безопасности. Курс на противостояние с Россией может быть закреплен в нескольких разделах будущего бюджета. Прежде всего, это раздел, посвященный внешнеполитической деятельности. Впервые предложен не функциональный, а региональный принцип распределения средств. В его рамках, в соответствии с проектом бюджета, на втором месте по расходам (около 43,5 млрд евро) находится Европейский регион, в том числе страны — кандидаты на вступление, Украина и Молдова, а также страны соседства. Помимо этого, планируется отдельный резерв для Украины вне региональных бюджетов. Также средства на конфронтацию косвенно планируют направлять через новый Европейский фонд конкурентоспособности. Около 30% бюджета будет направлено на наращивание обороноспособности и общей стрессоустойчивости ЕС, в том числе за счет цифровизации и развития стратегических технологий. Другой вопрос, что для повышения расходов нужно либо увеличивать взносы со стороны государств-членов, либо общеевропейские налоги. Торг в ЕС ведется именно между сторонниками и противниками этих шагов. Германия, например, выступает против увеличения расходов. Так или иначе, несмотря на экономическую нецелесообразность конфронтации для ЕС, европейские элиты, очевидно, настроены идти до конца в вопросе поддержки Украины. Нельзя недооценивать идеологическую важность для них этой стратегии, как и степень инерционности в ожидании поддержки со стороны США. Подробнее — в выпуске программы «ОТРажение» @otr_tv https://otr-online.ru/programmy/segodnya-v-rossii/segodnya-v-mire-103433.html

❌🚢 Парадокс Ормуза — в расхождении между двумя последствиями одного кризиса. В 2026 г. пролив подтвердил свое исключительное значение для энергетики Персидского залива и мировой торговли энергоресурсами. Одновременно использование этой зависимости как средства давления создало дополнительные стимулы для ее сокращения. Однако при этом речь не идет об утрате Ормузским проливом положения главного энергетического пути региона. Существующие и будущие обходные маршруты в обозримой перспективе не смогут принять весь объем проходящих через него нефти и газа, а для значительной части поставок СПГ полноценной физической альтернативы просто нет. Ормуз и через несколько лет, вероятно, останется главным маршрутом вывоза нефти и газа из Персидского залива. Но возможности Ирана использовать зависимость от пролива как средство давления могут постепенно сокращаться. Если страны Залива смогут перенаправлять значительную часть экспорта по другим маршрутам, а потребители — быстрее восполнять выпадающие поставки из других источников, новое ограничение судоходства через Ормуз будет наносить меньший ущерб. И, наконец, важно понимать, не приведет ли снижение зависимости от Ормуза к появлению новых уязвимостей со стороны транзитных государств, других морских узлов и отдельных участков транспортной инфраструктуры? Николай Сухов @Tov_Sukhov_Vostok_delo разбирается в парадоксе Ормуза и показывает, как иранский кризис меняет энергетическую географию Ближнего Востока. https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/paradoks-ormuza-kak-krizis-menyaet-energeticheskuyu-geografiyu-blizhnego-vostoka/

📝😡 Что бесит редактора общественно-политического СМИ? В блиц-интервью заместитель главного редактора журнала "Профиль", научный редактор ИМИ МГИМО Артем Кобзев @revelation_3_16 отвечает, с чем он готов мириться в работе с авторами, а за что в их сны могут "явиться черти". Развернутые ответы слушайте в будущем выпуске подкаста РСМД.

🔋🇨🇳 Пекин стоит перед сложной задачей: как реализовывать «зеленый» энергопереход в условиях постоянно растущего энергопотребления? В первом полугодии 2026 г. каждый четвертый кВт·ч электроэнергии в Китае вырабатывался за счет возобновляемых ресурсов. Китайские СМИ заговорили об «историческом переломном моменте» и о начале настоящего перехода Китая от «угольной» к «неископаемой» генерации. Однако трансформация энергопортфеля Китая существенно сложнее. На фоне внешнего энергокризиса, внутренней «зеленой» повестки и продолжающегося роста энергопотребления Китай испытывает потребность в дешевой энергии, которой вновь становится уголь. Потребление угля в стране не сокращается из-за роста общего энергопотребления. Согласно прогнозу CLP, потребление электроэнергии в 2026 г. в Китае вырастет на 5–6%. Потребление угля также будет демонстрировать повышающуюся динамику. В Zhuochuang Information ожидают, что потребление угля в 2026 г. может достичь 5,15 млрд тонн, увеличившись на 0,8 млрд тонн в годовом исчислении. В Китае уголь используется прежде всего в энергетике: 56,08% всего потребляемого угля используются для производства энергии. Растет его потребление в углехимии, особенно в производстве сельскохозяйственных удобрений. Уходить от угля в ближайшей перспективе страна не планирует. Российским производителям угля, который загружает значительную часть наших поездов, следующих в КНР, беспокоиться о ситуации пока преждевременно. Рост энергопотребления в Китае еще долго будет поддерживать спрос на этот ресурс, который, с учетом внутренних экологических ограничений, будет все в больше степени замещаться импортом. Екатерина Заклязьминская @china_with_ekaterina о первых итогах трансформации энергопортфеля Китая. https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/transformatsiya-energoportfelya-kitaya-pervye-vyvody/

​Поучаствовал в ежегодном Академическом форуме БРИКС, в этом году организованном в Лакхнау (Индия). Выступал на сессии, посвященной устойчивому развитию и энергопереходу. Вот основные тезисы: 1️⃣ Именно страны БРИКС стали главным двигателем энергоперехода в последние годы. Китай – в отдельной весовой категории. Индия в прошлом году вышла на второе место по вводу новых мощностей ВИЭ, обогнав США. Бразилия – лидер по развитию низкоуглеродных технологий в Латинской Америке, ОАЭ – на Ближнем Востоке, ЮАР и Эфиопия – в Африке. 2025 г. стал своего рода историческим: энергетические выбросы в развивающихся странах впервые с 1990-х гг. росли медленнее, чем в развитых (0,3% и 0,5% соответственно). Главная причина – в Китае и в Индии: в первом выбросы сократились, во второй перестали расти. И это не тормозило экономический рост: китайская экономика выросла на 5%, индийская – на 7%. Фактически низкоуглеродное развитие окончательно превратилось в этих и многих других развивающихся странах из бремени и вызова в драйвер экономического роста. 2️⃣ Как это стало возможно? Во-первых, эффект масштаба: удваивая объем производства технологии, вы снижаете ее стоимость на 30%, удваивая еще раз – на 50%, удваивая еще раз – на 66%. Трансформация энергетических систем Китая и Индии базируется именно на этой арифметике. Так как запад закрыл свои (премиальные) рынки для китайских технологий, они хлынули в развивающийся мир. Отсюда повсеместные рывки типа пакистанского (за год импортировал 17 ГВт солнечных панелей) или вьетнамского (за год поднял долю электромобилей в продажах с 20 до 40%). То же самое – в Кении, Эфиопии, Непале, Таиланде, Узбекистане, да много где… Во-вторых, после эффекта масштаба начинает работать технологическая синергия: за счет одновременного развития ВИЭ, накопителей и электромобилей снижается не просто приведенная стоимость генерации, но снижаются издержки поддержания всей энергетической системы. И здесь огромное преимущество развивающихся стран над развитыми: построение энергосистемы с нуля в ответ на растущий (и/или неудовлетворенный) спрос позволяет использовать технологическую синергию по полной, сразу выстраивая более современные энергосистемы без необходимости разрушать старые. В итоге мы видим не догоняющее развитие, а скачок. Продолжение далее ⬇️

📌 Подводим международно-политические итоги лета на городском завтраке РСМД 1 сентября в библиотеке им. Ф.М. Достоевского на очередном городском завтраке «В поисках многосторонности» эксперты обсудят, какие изменения произошли во внешней политике и международных связях государств этим летом. Прошедшие три месяца были отмечены поиском новых интеграционных векторов или путей укрепления уже имеющихся партнерств и союзов. Многие регионы мира охвачены поиском эффективной многосторонности: • Россия и АСЕАН дополняют партнерство новыми измерениями • На Южном Кавказе усиливается влияние Европейского союза, к сотрудничеству с которым стремится Армения. • Пакистан, Турция и Саудовская Аравия предпринимают кросс-региональную попытку создать оборонительный союз, направленный на сдерживание то ли Ирана, то ли Индии. • Киргизия и Индия, в свою очередь, готовятся к проведению саммитов ШОС и БРИКС, где вопросы качественной трансформации сотрудничества для обеспечения его результативности также едва ли получится обойти. — Действительно ли в мире укрепляется запрос на многосторонность или встречи в различных составах свидетельствуют о чем-то другом? — Что сегодня дают многосторонние договоренности и насколько они долговечны? — Стоит ли опасаться новых союзов и партнерств России и ее союзникам? На эти и другие вопросы ответят эксперты на очередном городском завтраке РСМД, который состоится 1 сентября 2026 г. в 10:30 в Библиотеке им. Ф.М. Достоевского. Спикеры 👤 Эксперт Международного дискуссионного клуба «Валдай» Андрей Кортунов 👤 научный руководитель ЦКЕМИ НИУ ВШЭ, программный директор Международного дискуссионного клуба «Валдай», член РСМД Тимофей Бордачев @bord73 👤 ведущий научный сотрудник ИМИ МГИМО МИД России Иван Сафранчук Модератором мероприятия выступит руководитель программного направления РСМД Юлия Мельникова. Регистрация

🇨🇳🌐🤖 В июле представители 29 государств подписали в Шанхае соглашение о создании Всемирной организации сотрудничества в области искусственного интеллекта (WAICO), которую следует рассматривать не как механизм открытия ИИ для всех, а как площадку, на которой будут определяться условия международного доступа к технологиям. Организация объединяет две задачи: распространение моделей, инфраструктуры и компетенций, с одной стороны, и формирование правил безопасности, технических стандартов и механизмов контроля, с другой. Участие в WAICO может быть выгодным для стран, не располагающих необходимыми элементами ИИ-инфраструктуры. Однако если модели, оборудование, облачная инфраструктура, образовательные программы и правила их использования поступают из одного источника, зависимость сохраняется — меняется лишь ее направление. Поэтому значение WAICO будет определяться тем, какие права получат ее участники. Смогут ли они разворачивать ИИ в собственной инфраструктуре, хранить свои критически важные данные внутри страны, переносить модели между платформами, проверять их безопасность? Особенно важны эти критерии для России как одного из учредителей организации. Доступ к китайским технологиям будет расширять ее самостоятельность только в том случае, если российские организации смогут независимо адаптировать полученные решения, переносить и использовать их без постоянной привязки к внешней инфраструктуре. Антон Тамарович @aipolitics о новой модели контроля над ИИ, предложенной WAICO. https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/upravlyaemaya-otkrytost-novaya-model-kontrolya-nad-ii/