美学はどうか

Welcome to the dreamhouse Когда-то давно уже писал, что инсталляция “Himalaya Goldsteins Stube” швейцарской художницы Пипилотти Рист – во многом возможность испытать вэйпорвейв вживую (точнее, была таковой – согласно сайту Мюнхенской Пинакотеки, работа сейчас не выставлена). В прошлом же году в Гронингенском музее была абсолютно безумная выставка “Welcome to the Dreamhouse”, превратившая целый этаж музея в постмодернистский интерьер, выставляющий работы и прикладное искусство из коллекции музея. Вообще Гронингенский музей – один из первых архитектурных объектов, встречающих человека, выходящего с центрального вокзала сего севернонидерландского города, и надо сказать, оказавшись там в первый раз 5 лет назад, я подумал про себя “мде конечно, нагородили”; но кажется то ли текущие годы, то ли невозможность лицезресть питерско-московские клизмы романтизма, то ли уже за 5 лет привык к нордрайнвестфальским постмодернистским архитектурным ансамблям (которые и постсоветским могут дать фору), в-общем: в 25м году здание я уже воспринимал с искренним интересом; и в целом проведение выставки о постмодернистском дизайне в данном месте не случайно — само здание это прекрасный образец постмодернистской архитектуры за частичным авторством Алессандро Мендини. Мендини активно занимался и дизайном мебели для бюро MEMPHIS — если вам это название ничего не говорит, то образцы мебели уж точно что-то скажут (см. aestheticswiki), а если нет, то уж цветовые гаммы и общий вайб точно дают понять, где во многом визуальная эстетика вэйпорвейва черпала свои корни (вот еще заметка про группу-предшественницу Memphis). Сама выставка тоже под стать зданию – эдакий гипнагогический вуяеристический коллаж китча и детрита повседневности. Спальня с упаковками из-под презервативов, имитацией вида на закат из поддельного окна и раскиданным нижним бельем, остатки застолья в столовой, груды одежды в гардеробной, обугленный письменный стол в полутемном кабинете, в котором примерно все предметы черного цвета – и везде под горами хаотично наваленного хлама прячутся образцовые представители постмодернистского интерьерного дизайна (с особым акцентом на MEMPHIS, конечно), начиная от ваз и блюдец, заканчивая шкафами и креслами. Хотя конечно есть и некоторый диссонанс, если рассматривать выставку с точки зрения вэйпорвейвовости – все-таки жанр черпает вдохновление в первую очередь из поп-культуры и объектов массового потребления, а не из эстетского китча и дорогой дизайнерской мебели – хотя грани в представленных на выставке экземплярах безусловно зачастую достаточно расплывчаты. В-общем, как опыт – ярко, контрастно, почти что психоделично, тем более что и логика как самой “планировки” квартиры, так и переходов между цветовыми гаммами в разных помещениях в лучшем случае сновидческая. Есть ли у этого какой-то более глубокий смысл, чем увлекательное выставление напоказ мебели и прочих интерьерных артефактов – не уверен, но и нужен ли он? Может, какого-нибудь миллениала вдохновит на отказ от бейжкора, и на том спасибо.

Раз это мой канал, то хочу и напоминаю: в марте у моего проекта TSF вышел альбом, которым я глубоко и по-настоящему горжусь. Как автор, само собой, я люблю его целиком, но второй трек "Позови меня с собой" - это, пожалуй, лучшее, что я делал со звуком и эмоциями на сегодняшний день. И объяснить из чего и как оно сделано я не могу даже сам себе. Инструментально там задействовано множество неожиданных (и для меня) предметов: старый кинескопный телевизор Sony, который мы подзвучивали контактными emf микрофонами и превращали электромагнитный гул в органные аккорды (старт трека), карманная приставка Nintendo 3DS, которая жила своей жизнью, кассетные и CD плееры, внутри которых мерцало что-то неуловимое и волшебное (их мы также "слушали" emf микрофонами, которые записывают электромагнитное излучение). Пульс электроламп, управляемых диммером. Фрагмент понятно какой песни, спетый для нас отнюдь не Пугачевой. Механическая бабочка в стеклянной банке. И много чего ещё. Никаких цифровых синтезаторов, генеративной дряни и пр. Всё здесь - результат взаимодействия, общения с предметами и фрагментами человеческого опыта. И доверия к ним. Я убеждён, что у каждого объекта есть некая хрупкая внутренняя суть, которую можно поймать и сложить из них всех некую "историю" (точнее, она всегда складывается сама и повторить её невозможно). Единственный музыкальный инструмент здесь - гитара, с которой у меня всю жизнь сложные отношения (как это всегда бывает с чем-то родным). Мы не столько сочинили этот релиз (это живая импровизация, пусть со "сценарием" и "актами"), сколько наблюдали за его жизнью этот час. Такое уже бывало в моей композиторской практике. Но, наверно, это самый "музыкальный", трепетный и обнимающий своим звуком трек, который случился под нашими руками. https://tsf-hq.bandcamp.com/album/--2 И прекрасная рецензия от Олега Соболева.

На 23:03 первого трека вдруг ненадолго проступают нечеткие контуры прекраснейшего слашвэйва

Листая очередную подборку bandcamp daily, включил послушать посмертую компиляцию изобретателя гитар и авангардного музыканта Ганса Райхеля – и почти с первой же секунды пришлось ставить первый трек “Return of the Knödler Show” на паузу, настолько знакомая мелодия (Райхеля, должен признаться, никогда не слышал и ничего о нем не знал, хотя изобретенный им даксофон и вживую видел, и на ютубе слышал). Короткий поиск в интернете выдал, что конечно же сэмплы из трека использовал не кто иной, как Даниэль Лопатин, на “No Good” – заключительном треке Garden of Delete. Собственно, интерес Лопатина к экспериментальной музыке ФРГ не секрет – так что пост просто про еще одно любопытный случайно найденный кусочек музыкальной истории. Самая компиляция сольных гитарных треков Райхеля – безумно красивая и интересная, всячески рекомендую.

Yazuaki Shimizu Хотя в интернетах и пишут, что господина Шимицу и Даниэль Лопатин в качестве вдохновления упоминал, и bandcamp daily его к протопрародителям вэйпорвейва причисляет, я же наткнулся на его творчество совершенно окольным путем, увидев у знакомого в инстаграме пост со стильной обложкой альбома Kiren. Полез послушать дискографию и наткнулся собственно на Music for Commercials. Про японскую музыку для рекламы я уже писал, и на линкнутом сборнике есть и один трек Шимицу; но акцент там все-таки скорее на эмбиент музыке, пусть и зачастую в коммерческом контексте (промо для рекламы кондиционеров, фоновая музыка для магазинов), в то время как Music for Commerсials – это собственно короткие треки для этих самых commercials, названные в соответствии с платящим заказчиком. И вот интересный момент – с одной стороны, вэйпорвейв настолько активно сэмплирует всевозможные артефакты 80х-90х-начала нулевых (рекламные передачи, погодные сводки, фоновую музыку для шоппинг моллов, звуки запускающегося скайпа и speech-to-text на старых версиях MacOS), что слушая оригинальные записи, так и хочется сказать “lol so aesthetics”, потому что 10 лет регулярного прослушивания вэйпорвейва не проходят бесследно и грань между постмодерновой обработкой и исходным материалом в мозгу стерлась, что твои данные на старом HDD. С другой стороны, если абстрагироваться от самих музыкальных текстур и фактур (то, что и придает всем вышеперечисленным сэмплам их вэйпорвайб), и обратить внимание на структуру треков, то там тоже все весьма интересно, и местами ну прям реально прото-вэйпорвейв. В принципе, все более ритмичные треки на релизе (коих примерно половина) – это повторения коротких музыкальных фрагментов, с периодическим добавлением или вырезанием каких-то элементов, так что все эти закольцованные повторения добавляют еще один слой ритма (мета-ритма, if you will); в принципе, добавить замедления и реверба – и вэйпорвейв релиз по всем канонам жанра готов. Особенно интересно в этом контекстке звучит трек Ricoh 1 – в нем на фоне ксилофонно-саксофонного музака проскакивают короткие сэмплы, которые по крайней в моем представлении не то что бы туда вписываются в рамках более традиционной музыкальной логики; но в рамках вэйпорвейвной – настолько, что и замедлять с понижением питча ничего не надо. В-общем, альбом крайне интересный как в плане и самой инструментации, так и в плане её структуризации. P.S. Ну а трек для рекламы Knorr это просто весело.

Не думаю, что пост будет каким-либо откровением для тех, кто хоть как-то следит за вэйпор-сценой или за различного рода экспериментальной электроникой, но месяц назад у Oneohtrix Point Never вышел новый альбом и это не просто лучше бесчисленных унылых что твой среднестатистический офисный работник альбомов t e l e p a t h テレパシー能力者, это просто тупо лучше почти большинства того, что вышло в этом году. Что радует, так это что Даня Лопатин после всех 3х альбомов усугубляющегося погружения в поп-музыку в каком-то абсолютно мерзотнейше-нудном её варианте (хотя умел же раньше, пусть скорее коллажно-нарезательным способом), вдруг вернулся к электронике времен R Plus Seven и Replica. И хотя тут скорее позитивно-расслабленная глитч-электроника в духе R Plus Seven, но местами все же проскакивает и нечеловеческий холод Replica — то в синтезаторных лидах второй половины Lifeworld, то в пэдах на Measuring Ruins, то примерно во всей инструментации на Fear of Symmetry, то в обрывках радио(?)/видео(?) передач на заглавном трэке. И на последних двух треках происходит что-то выбивающееся из более менее целостного звучания альбома – Rodl Glide вдруг прерывается посередине и превращается на пару минут в что-то отдающее Garden of Delete, но без агрессии последнего. На последнем же треке тоже вдруг происходит резкая смена канвы, и на секунду может показаться, что вот наступит концовка в стиле Still Life, но тут Данила поочередно вытаскивает из кармана две припрятанные фиги – сначала нет какого-либо явного разрешения вброшенной новой музыкальной темы, а потом вдруг вбрасывается клавесин, прям вот совсем в стиле Age Of, и весь этот странноватый хаос неожиданно заканчивается на как будто неиронично обнадеживающей ноте. A psychologically ultimate waterfall, if you will.