Алексей Наумов. Внешпол 🕘 история названий (1)

Глава ЦРУ, пишут западные медиа, убеждал Россию не атаковать страны НАТО. В целом, конечно действие объяснимое и логичное, и тут даже не нужны источники в Кремле или Белом Доме. Понятно, что дальнейший путь — эскалация. Переговоры зашли в тупик, обе стороны не готовы отказываться от своих целей и полагают, что дальнейшие боевые действия способны улучшить их позицию. Потому задача сейчас одна — добиться своих целей и не допустить начала большой войны между Россией и Западом. Примечательно, что эта задача, что называется, "по модулю" совпадает и для России, и для Запада. Москве нужно надавить на Запад так, чтобы он отступил — но не втягиваться в прямую войну с ним. Западу нужно надавить на Москву так, чтобы она отступила — но не втягиваться в прямую войну с ней, провоцируя ее на первый удар. Асимметрия здесь в том, что атаковать первым Запад не будет. Его вполне устраивает нынешняя ситуация — вооружение для Украины производится на его заводах, военная помощь Киеву идёт, а тот продолжает исправно комплектовать части насильно мобилизованными солдатами. Опасность для Запада в том, что он вполне может Россию «передавить»: столкнувшись с трудностями, Россия может решить нанести удары, скажем, по военным заводам на территории ЕС. Имеет ли она на это право? Я не люблю рассуждения о международном праве — оно фактически, увы, мертво — но у России здесь довольно сильная позиция, я как-нибудь остановлюсь на этом подробнее. Фактически все, что нужно для нанесения удара — политическая воля. Предположим, она есть, и на завод где-нибудь в ЕС падают ракеты. Будет ли НАТО бить в ответ? И если да, то по каким целям, и как ответит Россия? Начнется ли война, или будут только локальные удары? Никто не знает ответ, а призрак большой войны остаётся на расстоянии вытянутой руки. Вот и летают между столицами Рэтклиффы и прочие переговорщики. Перевод нашумевшего материала Блумберга — в Клике. Алексей Наумов. Внешпол — подписаться

MAGA, сияй! Трамп уйдет. Что останется после него? Движение Make America Great Again безвозвратно изменило США, но оно неизбежно видоизменится после ухода от дел его основателя. Какие две разные Америки попытаются построить Джей Ди Вэнс и Марко Рубио, и кто из них выгоднее России? И почему любимое журналистами разделение ястреб Рубио/изоляционист Вэнс на самом деле в корне неверно? Перед вами небольшой фрагмент нового выпуска в канале "Клика Наумова", полный подкаст и его текстовая расшифровка доступны после подписки. Подписывайтесь, друзья — это просто и безопасно. Теперь не только в Telegram, но и в российском сервисе Бусти: в любом случае, все быстро и просто, к тому же принимаются любые карточки из любой точки мира. Подписаться на Клику в Telegram Подписаться на Бусти

Для коллег из "Коммерсантъ-ФМ" погадал о целях приезда в Москву главы ЦРУ Рэтклиффа. В любом случае хорошо, что диалог идет. Алексей Наумов. Внешпол — подписаться

Мой комментарий телеканалу РБК в связи с заявлением Зеленского о начале «кампании» против российских гражданских объектов. Алексей Наумов. Внешпол — подписаться

Итак, ситуация: азербайджанский политолог замечает, что Мария Захарова приходила в шоу, где ранее оскорбляли Азербайджан, и это значит, что шоу отвечает государственной позиции (скриншот 1). Из этой ситуации следует вопрос: глава МИД Азербайджана, господин Мамедъяров, в свое время давал интервью изданию Минвал (скриншот 2). Вот, что ныне пишет сотрудник издания Минвал в отношении России и ее президента (скриншоты 3, 4). Коллеги, уже звоним в Интерпол? Алексей Наумов. Внешпол — подписаться

Я понимаю, Садат, о чем ты говоришь. Вопрос о том, кто первый начал, конечно, интересен, но тут надо исходить из государственных интересов. Мы исходим из государственных интересов России. Нужны России хорошие отношения с Азербайджаном, выгодны они нам? Я полагаю, что нужны и выгодны, и официальный курс у нас именно такой. Именно поэтому наша страна поработала над восстановлением отношений, признала нашу тяжелую трагическую ошибку с катастрофой AZAL и в совместном заявлении с МИД Азербайджана, взяла на себя ответственность и расставила все точки над i. Нужны Азербайджану хорошие отношения с Россией? Вроде как — слышим мы — тоже нужны. Ну так давай по фактам: 1) Этот спор вынесен в публичную плоскость по инициативе Азербайджана; 2) Россия в любом случае будет защищать своих. Да, мы видим, что скандальный выпуск удален из соцсетей — это наш внутренний вопрос — но уж от международного розыска и правоохранительной системы другого государства точно. Представь, если кто-то из обвиненных окажется задержан и передан Азербайджану. Что прикажешь делать? Своих защищать надо в любом случае. И по формальным, и по неформальным каналам; 3) Я понимаю, что Азербайджан возмущали высказывания некоторых российских публичных лиц. Можно было попытаться решить вопрос так, чтобы не наносить публичного урона отношениям? А если нельзя, может, можно не обращать внимания на определенные сегменты медиасферы? Меня вполне возмущает мура, которую подчас пишет про Россию официально зарегистрированное в Азербайджане издание Минвал, может, мне тоже предложить объявить их редакцию в международный розыск? Россия сотрудничает с Интерполом, напомню. Отношения между государствами сейчас в очень хрупком периоде восстановления — надо их подвергать опасности, чтобы защитить президента Азербайджана от, извините, страшного и опасного российского блогера? Серьезно? И хорошо, что реакция России на это событие такая сдержанная. Мы понимаем, что она могла быть жёстче — значит, есть решение сохранять двусторонние отношения. Государственная политика — дело очень циничное и очень рациональное. Эмоциям в ней не место. Работа над двусторонними отношениями требует двустороннего взаимного труда, а не публичных выпадов с оправданием «это все ответка». Особенно в таком случае. Алексей Наумов. Внешпол — подписаться

Во внешнеполитических отношениях государств, у которых есть неформальные каналы общения, вывод конфликта в публичную плоскость означает, как правило, одно из двух: — Неформальные каналы не сработали; — Сторона желает публичного конфликта. Потому что в условиях налаженных неформальных связей такое публичное действие вполне неизбежно воспринимается как демарш. Оно в любом случае приводит к напряжению в отношениях, а добиться искомой цели может и не помочь. Кроме того, такие действия выводят разногласия на публичный уровень, и, соответственно, заставляют вашего контрагента реагировать в этой же публичной плоскости, где вопрос сохранения лица начинает играть важную роль. Там уже действует собственная логика. Я полагаю, что последние действия Азербайджана с объявлением в розыск трёх граждан России именно это и вызовут — определенное напряжение в отношениях и ответную симметричную реакцию. Судя по сдержанной реакции российских властей мы видим, что принято решение ситуацию политически сильно не эскалировать — однако ответную, зеркальную реакцию в отношении особенно отвязных публичных спикеров азербайджанской публичной сферы, думаю, мы увидим. Таков закон политической логики. Алексей Наумов. Внешпол — подписаться

Есть одно понятие, которое, на мой взгляд, нанесло ущерба интересам России (в том числе периода Российской империи и Советского союза) едва ли не больше, чем какое-либо иное — "братский народ". Идея примерить на межгосударственные отношения семейную, межчеловеческую рамку не просто не работает — она, во-первых, провоцирует конфликты, а во-вторых делает их совершенно нерешаемыми. Когда вместо "кажется, государство Икс повело себя так, как ведет себя любое другое государство в таких условиях, надо принять соответствующие меры" вы говорите "меня предал брат", никакая логика и компромиссы уже не работают: рука, что называется, сама тянется к геополитическому пистолету. Сегодня в Клике поговорил об истории этого понятия, о мудрости Федора Достоевского и конкретных примерах, когда наша страна в разные исторические периоды обожглась на идее братства начиная с "братушек болгар". Важно помнить — братских народов в политике нет и не бывает, и речь здесь не только о России. Бонусом: что на самом деле работает вместо этой гибельной идеи. Перед вами небольшой фрагмент нового выпуска в канале "Клика Наумова", полный подкаст и его текстовая расшифровка доступны после подписки. Подписывайтесь, друзья — это просто и безопасно. Теперь не только в Telegram, но и в российском сервисе Бусти: в любом случае, все быстро и просто, к тому же принимаются любые карточки из любой точки мира. Подписаться на Клику в Telegram Подписаться на Бусти

Почему не состоялся "дух Анкориджа" и что это вообще было? Сегодня год с момента встречи двух президентов на Аляске, когда в оборот впервые вошёл термин "дух Анкориджа". Что конкретно это был за дух, безусловно, осталось загадкой, и все, что мы знаем, известно нам из западных медиа — причем у нас пересказ часто дают не совсем верно. По версии Reuters и AP, на Аляске обсуждалось примерно следующее: 1. Принималась российская формула "только мирный договор, без предварительного прекращения огня"; 2. Россия соглашалась на заморозку фронта в Херсонской и Запорожской областях; 3. Американцы давили на Украину с целью ухода из Донбасса; 4. Когда взаимопонимание по территориям было достигнуто, Россия и США переходили бы к налаживанию двусторонних отношений; При этом важно, что Россия — как следует из версии западных СМИ, но что часто упускают у нас — требовала нейтралитета Украины и ее отказа от НАТО, но была согласна на западные гарантии безопасности Украины по образцу 5 статьи договора НАТО без ее членства в организации. Это вскоре после саммита отдельно подтвердил лично Стивен Уиткофф. Разногласия при этом о содержании остаются: Financial Times писала, что переговоры вообще прошли довольно напряженно — по версии газеты, президент Трамп предлагал России признание Крыма де-юре и уход Украины с Донбасса, президент Путин в ответ требовал куда большего, чем чуть не вынудил американца прекратить встречу досрочно. Главный вопрос, на самом деле, состоит в следующем: почему не удалось превратить некие контуры взаимопонимания в итоговую сделку. Я полагаю, что ответ на этот вопрос лежит в понимании тонкостей позиции американского президента. Трамп — человек совершенно циничный и оппортунистичный. Ради достижения своей главной цели — противостояния Китаю — он без проблем готов оказать какое-то давление на Украину. Более того, в его картине мира он уже это делает: не поставляет ракеты Patriot (Байден делал это даже в ущерб безопасности США), не отправляет бесплатного оружия, не давит Россию новыми и новыми санкциями. Другое дело, что он не готов вставать на ту или иную сторону открыто и публично. Помните, тогда же западные медиа писали, что Россия якобы попросила полгода на силовое решение вопроса Донбасса, после чего можно было бы приходить к российско-американскому примирению? Это вполне в логике Трампа: он бы не требовал сатисфакций и "наказания агрессора", и сейчас бы стороны вполне обсуждали снятие санкционных ограничений. Трамп готов идти на циничные подковерные сделки, но не готов делать это публично. Он не может открыто встать на сторону России и давить в ее пользу, потому что для него это будет убийственно с точки зрения его собственного политического позиционирования как внутри страны, так и на мировой арене. Он, однако, вполне может выступить с точки зрения прагматичного и даже циничного реализма. Он может сказать "ситуация на земле уже сложилась в пользу России, давайте уже договариваться, я добьюсь, чтобы Россия не пошла дальше". Давить на Украину с точки зрения необходимости признать реальность и зафиксировать действующее положение Трамп может, а вот заставить ее сдаваться и идти на публичные и унизительные уступки — нет. Поэтому вся работа по достижению приемлемого для России "нынешнего положения" (или путем изменения линии фронта, или путем изменения требований) ложится только и исключительно на саму Россию. Трамп может лишь помочь зафиксировать ситуацию: но тут надо помнить, что он не вечен, а второго такого понимающего собеседника в Белом доме дождаться будет практически невозможно. Алексей Наумов. Внешпол — подписаться

С точки зрения теории развития вооруженных конфликтов, период долгой безболезненной войны снижает вероятность мирного урегулирования — когда боевые действия плюс-минус вписаны в логику нормальности, стимула идти на компромиссы и уступки нет. В условиях нормальности любые компромиссы воспринимаются как неспровоцированные, несправедливые односторонние уступки, "сдача позиций". Это дело неприятное, задевающее самолюбие и национальную гордость. Когда же ситуация нормальности начинает меняться, когда непредсказуемость и нервозность начинают проникать в эту самую нормальность все глубже, тогда и появляется почва для поиска выхода из сложившейся ситуации. В этом смысле всякая эскалация в своей задумке служит лишь тому, чтобы в итоге выйти на деэскалацию, а не для того, чтобы столкнуть мир в пучину глобальной войны на взаимное уничтожение. Но опасность такой ситуации в том, что призрак глобальной войны неизбежно оказывается на расстоянии вытянутой руки. Алексей Наумов. Внешпол — подписаться