Феликс Шифрин | Спорт и психология 🕘 история названий (1)

16–18 октября 2026 года — три дня о спорте, в котором результат не должен достигаться ценой человека. VII Международная научно-практическая конференция по интегративной психологии спорта «Спорт начинается с уважения. Стандарт безопасной среды» 📅 16, 17 и 18 октября 2026 года 💻 Онлайн 🎤 15 спикеров 🧠 16 практических мастер-классов Будем говорить о взаимоотношениях спортсмена с тренером, родителями и самим собой, о границах и ответственности, психологической безопасности, давлении, ошибках, восстановлении и коммуникации. О том, как сохранить психическое и физическое здоровье человека в спорте, не отказываясь от высоких целей и результатов. Программа конференции, спикеры и мастер-классы: https://mfips.ru/conference7 16–18 октября. Встречаемся онлайн. 🤍

Что почитать на этой неделе в Mental Sport Media В разделе «Медиа» вышли три новые статьи. В этот раз разбираем ситуации, в которых ожидание результата и реакция окружающих начинают влиять на игру. ⚽️ Нападающий не забивает: как справиться с безголевой серией После нескольких матчей без гола игрок может начать сомневаться даже в привычных решениях: затягивать удар, искать идеальный момент, отдавать передачу из хорошей позиции. Разбираем, как оценить причины серии, выбрать задачи на следующий матч и вернуться в игру после промаха. Читать статью 🎾 Как выиграть сет при счете 5:3 До победы остается один гейм, и вдруг подача становится осторожнее, а каждый проигранный розыгрыш кажется катастрофой. В статье рассказываю, как удерживать внимание на текущем мяче, готовиться между розыгрышами и тренировать напряженные концовки вместе с тренером. Читать статью 👨‍👩‍👦 Ребенок боится тренера: что делать родителям «Он опять будет кричать» может означать разные ситуации. Обсуждаем, как спокойно выяснить подробности, подготовить разговор с тренером и понять, когда взрослым необходимо вмешаться ради безопасности ребенка. Отдельно разбираем, как поддержать его дома после сложной тренировки. Читать статью Прочтение каждой статьи занимает около шести минут. Если узнаете свою ситуацию, можно начать с одного предложенного действия и посмотреть, что изменится на следующей тренировке или игре.

Конфликт Разина и игроков: где сломалось взаимодействие История «Металлурга» интересна тем, что команда идет первой на Востоке, а внутри уже дошло до временного отстранения главного тренера. Значит, проблема накопилась глубже, чем один неудачный матч или один спор с конкретным хоккеистом. С психологической точки зрения здесь хорошо видны три узла. Первый связан со статусом. В любой команде есть формальная и неформальная иерархия: капитан, звезды, ветераны, молодые игроки, тренерский штаб. История с Яковлевым здесь очень показательна. Команда голосованием выбирает одного капитана, тренер хотел видеть другого, а затем выбранный раздевалкой лидер почти исчезает из состава. Даже если у тренера есть спортивные аргументы, внутри команды такие решения начинают восприниматься уже шире. Игроки смотрят, насколько игровая оценка связана с личными разногласиями. Второй узел связан с доверием. Игрок может спокойно принять жесткое решение, если понимает его логику. Меньше игрового времени, перевод в другое звено, пропуск матча, критика после ошибки сами по себе еще не разрушают отношения. Сложности начинаются, когда спортсмен перестает понимать критерии. Тогда каждое решение начинает трактоваться через накопившийся конфликт: меня посадили из-за игры или из-за отношения ко мне? Именно в этот момент рабочая обратная связь быстро превращается в личную. Третий узел связан с публичной коммуникацией. Пока тяжелый разговор остается внутри раздевалки, у сторон еще остается пространство спокойно разобраться. Если фамилии игроков, претензии и эмоциональные оценки выходят на пресс-конференции, конфликт получает новую аудиторию. В него включаются болельщики, журналисты, агенты, партнеры по команде. Игрок начинает думать уже и о том, как его выставили публично, а тренеру приходится реагировать на следующий виток истории. Так стороны постепенно начинают общаться через медиа. Статус, доверие и публичность наложились друг на друга – так конфликт стал системным. Что здесь можно было бы сделать? Сначала убрать публичные комментарии о конкретных игроках и вернуть сложные разговоры внутрь команды. Затем четко проговорить критерии игровых решений: кто и за что получает время, что нужно изменить для возвращения в состав, какие требования считаются обязательными. После этого провести разговор с участием тренера, ключевых игроков и руководства и договориться о конкретных правилах взаимодействия на ближайший отрезок сезона. Например: индивидуальная критика обсуждается лично, спорные решения разбираются внутри, капитанская тема больше не используется как поле борьбы, а каждая сторона заранее понимает границы допустимого. После этого уже можно смотреть, способен ли климат восстановиться. В таких историях редко помогает поиск одного виноватого. Гораздо полезнее понять, где именно сломался рабочий контакт между тренером и раздевалкой. И уже потом решать, можно ли его собрать заново.

Последний танец Овечкина Александр Овечкин объявил, что сезон 2026/27 станет для него последним в НХЛ. С психологической точки зрения это сразу меняет контекст для всего «Вашингтона». Теперь у команды есть четкая временная рамка: один последний сезон с капитаном, один последний общий заход, один последний шанс пройти большой путь вместе. Вспоминается параллель с Chicago Bulls сезона 1997/98 и их The Last Dance. Если команда заранее знает, что эпоха заканчивается, общий смысл сезона становится сильнее. Это часто добавляет сплоченности, эмоциональной вовлеченности и готовности терпеть тяжелые отрезки. Для партнеров Овечкина этот год тоже будет ощущаться иначе. Молодые игроки понимают, что проводят последний сезон рядом с легендой клуба. Ветераны получают еще один шанс пройти с ним через плей-офф. У всей раздевалки появляется одна общая история. При этом такой фон всегда добавляет давления. Каждый последний матч в конкретном городе, каждая серия, каждый важный эпизод будут восприниматься крупнее обычного. Главная психологическая задача здесь довольно старая. Вокруг может заканчиваться эпоха. А внутри смены все равно остаются шайба, соперник и следующий бросок. Сможет ли команда превратить последний сезон Овечкина в общий источник энергии? И получится ли при этом не задавить себя значением каждого матча? Вот это и будет настоящий Last Dance.

Приятно, когда у твоих клиентов получается. Теннисистка долго не могла выиграть одиночный турнир. Доходила до решающих матчей, играла хорошо, но в финалах эмоции начинали мешать сильнее соперницы. Последние месяцы работали с тем, что она сама называла своими «психами»: как переживать неудачные розыгрыши, не раскручивать счет в голове, возвращаться в игру после нескольких плохих мячей. И вот теперь победа в одиночном турнире. Параллельно пошли хорошие результаты и в паре. У двух братьев-хоккеистов совсем другая история. Прошлый сезон получился тяжелым: мало игрового времени, недостаток доверия тренеров, постоянное ощущение, что свое место приходится доказывать заново. Летом они полностью поменяли среду. Новая страна, новая команда, другой хоккей, много игрового времени и свободы. Результативность сейчас настолько высокая, что психологическая задача уже изменилась. Когда долго ждешь успеха, а потом он приходит сразу и в большом количестве, легко начать ждать от себя продолжения той же статистики в каждом матче. Появляется новая ловушка: вчера хотелось наконец забить, сегодня уже страшно перестать забивать. Поэтому сейчас работаем с тем, как сохранить тот хоккей, который привел к результату, и не превращать собственную удачную серию в дополнительное давление. Тем спортивная психология и интересна. Одна проблема заканчивается, появляется следующая. Только обычно уже на другом уровне.

Вильмар Барриос рассказал, что летом «Зенит» предупредил его о возможном расставании. Теперь он продолжает играть и надеется остаться. Петербург стал домом. Семье хорошо. Сам он чувствует, что впереди еще много лет игровой карьеры. У клуба заканчивается контракт с полузащитником. У полузащитника почти в 33 под вопросом оказывается привычная жизнь. На переговорах эти обстоятельства помещаются в одну папку. Конечно, здесь интересен последний год контракта. Считается, что в такой ситуации человек должен особенно стараться. Ему хочется остаться, значит, будет доказывать. Логика понятная. Руководству приятно иметь дело с мотивацией, которая возникла сама и пока ничего дополнительно не стоит. Со стороны «Зенита» здесь действительно может быть расчет: Барриос дорожит своим местом, а перспектива продления способна добавить ему мотивации. Нам неизвестно, вкладывал ли клуб такой смысл в разговор. Но сама ситуация этот стимул создает. Если хорошая игра может изменить решение, каждый месяц становится возможностью продлить любимую жизнь еще на год. В этом есть тонкость. Человек должен верить, что его усилия имеют значение. Когда футболист понимает, чего от него ждут и когда вернутся к разговору, он получает задачу. Когда ему оставляют только надежду, он начинает толковать знаки. Выпустили в старте, значит, еще нужен. Заменили на 60-й, значит, уже нашли другого, более карпускаснее. Тренер поздоровался сухо. Впрочем, тренер мог просто плохо спать. Так к футболу добавляется вторая работа. Читать чужие мысли. Оплачивается она тревогой. Последний год контракта способен мобилизовать. Способен и заставить беречься: впереди поиск команды, травма сейчас особенно некстати. Кто-то начинает слишком многое брать на себя. Кто-то мысленно уходит раньше, чем заканчивается соглашение. Поэтому одна и та же управленческая мера у разных людей дает разные результаты. Для клуба здесь важен честный ответ: Барриос своей игрой еще может повлиять на будущее? Если такая реальность, существует, значит полезно обозначить ожидания и срок разговора. Если расставание решено, ясность даст человеку время подготовиться. Требовать полной отдачи гораздо проще, когда со своей стороны тоже выполняешь договоренности. Самому игроку я бы предложил одновременно делать две вещи: качественно играть и готовить варианты продолжения карьеры. Любовь к Петербургу вполне совместима с работой агента. В риторике Барриоса мне нравится желание гордиться оставшимся временем в клубе. В такой позиции есть собственная опора. Хорошо проведенный сезон остается с футболистом при любом исходе переговоров: в его форме, репутации, отношениях с партнерами и уважении к себе. За годы в одном клубе привыкаешь считать его своим домом. Это понятно. Просто у дома в профессиональном футболе есть спортивный директор. И планы на следующий сезон. Впрочем, у «Зенита» спортивного директора нет. Есть тренерский штаб, который принимает такие решения коллективно. Планы на следующий сезон от этого никуда не исчезают. В этом штабе работает, например, Анатолий Тимощук. Он вернулся в «Зенит» в 34, когда место в стартовом составе уже приходилось уступать другим. Поэтому хорошо помнит, как меняется жизнь опорного полузащитника с возрастом. Теперь может посмотреть на эту историю с другой стороны. С тренерской обычно виднее. Есть и Сергей Семак, который примерно в нынешнем возрасте Барриоса только открыл для себя позицию опорного полузащитника. И в «Зените» оказался в этой роли уже в 34. Для него возраст стал началом еще одной хорошей главы. Так что внутри одного штаба есть два разных личных опыта. Осталось понять, как будет развиваться история Барриоса. Ему скоро 33, и еще несколько хороших сезонов вполне могут быть впереди. Вопрос в том, какую роль для него видит «Зенит» и насколько она совпадает с его собственными планами.

У большого спортсмена есть неприятная перспектива: однажды команда может начать лучше играть без него. При этом он сам еще способен играть хорошо. Эти два обстоятельства вполне уживаются. Хотя вместе им тесно. Роналду 41. Матч с Норвегией он провел в запасе, Португалия выиграла. После пресс-конференции Жезуша Криштиану покинул расположение сборной. Официально о завершении международной карьеры он пока не заявил. Но вопрос о том, каким окажется его уход, уже возник. Один матч ничего окончательно не доказывает. Вероятно, однако, что нынешней Португалии удобнее строить игру без постоянного присутствия Роналду на поле. Для тренера это рабочая гипотеза. Для футболиста такая мысль может затрагивать всю жизнь. Двадцать лет ты выходишь и доказываешь, что сомневающиеся ошиблись. Возраст, критика, конкуренты. Все удавалось преодолевать работой, голами, исключительной требовательностью к себе. Упрямство было надежным сотрудником. Приходило первым, уходило последним. И вдруг возникает задача, для которой прежнего упрямства может оказаться мало: признать, что твоя роль меняется. Здесь интересно противоречие. Убеждение в собственной исключительности помогает человеку добраться до вершины. Потом оно же может осложнить спуск. Особенно когда человек еще рассчитывает немного подняться. Правда, в этой истории есть и тренер. Жезуш отправил Роналду разминаться, затем решил его не выпускать. На пресс-конференции объяснил, что последнее слово остается за ним, независимо от мнения игрока и президента. Друг Криштиану, журналист Эду Агирре, предложил другую подробность: якобы на закрытой встрече тренер обещал публично извиниться, а затем выступил совсем в другом тоне. Это версия Агирре, содержание договоренности нам неизвестно. Но разница существенная. Сокращение игрового времени и ощущение, что тебя обманули, могут переживаться одновременно. Второе делает первое гораздо болезненнее. Тренер вправе изменить решение по ходу матча. При этом фраза «я могу обещать что угодно» вряд ли помогает доверию. После таких слов футболисту приходится гадать, какая часть следующего разговора будет действовать до утра. И все же за конфликтом остается вопрос, который никакое извинение окончательно не решит: какую роль Роналду готов принять на этом этапе карьеры? Со стороны легко сказать: «Тебе за сорок. Уступи место». Человеку предлагают за один разговор принять то, чему он сопротивлялся всю жизнь: предел собственных возможностей и право команды обходиться без него. Обида в такой ситуации может дать понятное объяснение уходу. «Со мной обошлись несправедливо» иногда легче пережить, чем «мое время в этой роли заканчивается». Можно спорить с тренером, требовать уважения, вспоминать обещания. С течением времени договориться сложнее. Я допускаю такой механизм в истории Роналду. При этом у него вполне могут быть реальные основания чувствовать себя задетым. Несправедливое обращение и трудность принять перемены способны существовать вместе. Но если этот отъезд действительно станет концом его пути в сборной, будет жаль, если последнее слово останется за обидой. Она умеет занять собой все пространство. Даже там, где до нее помещалась огромная карьера. У Португалии есть будущее, которое тренер обязан строить. У Роналду есть прошлое, заслуживающее уважения, и настоящее, в котором ему предстоит сделать выбор. Выход другого нападающего в основе сам по себе ничего из этого прошлого не вычеркивает. Уходить тяжело еще и потому, что остается вопрос: кем я буду, когда перестану быть необходимым на поле? На этот вопрос голом уже не ответишь.

«Я же тебя поддерживаю. Почему ты еще нервничаешь?» Перед соревнованиями ребенок иногда получает две задачи. Выступить хорошо. И поскорее успокоиться, чтобы родители тоже смогли выдохнуть. Представьте: до выхода десять минут. Он молчит, поправляет экипировку, смотрит в сторону площадки. Рядом начинается поддержка: «Ты готов?» «Чего такой напряженный?» «Ты же все умеешь» «Мы в тебя верим!». Все сказано с любовью. А человеку уже нужно как-то отреагировать на пять реплик, объяснить выражение своего лица и показать, что вера семьи попала по адресу. Сегодня в конференции на сайте спросили, что говорить ребенку перед соревнованиями, если он волнуется. Я бы начал с вопроса к себе: сейчас я помогаю ему справиться с волнением или очень хочу, чтобы он перестал волноваться и мне стало легче? А прямо перед выходом иногда достаточно: «Я рядом. Вспомни, с чего начнешь». Спокойное лицо родителя бывает убедительнее целой предматчевой речи. Особенно если после неудачного выступления это лицо остается знакомым. А вам перед важным стартом чего хотелось больше: чтобы с вами поговорили, обняли или дали побыть одному?

Президент КХЛ Алексей Морозов сказал, что идею с предматчевыми буллитами надо обсуждать и раскладывать по полочкам. Давайте обсуждать. На первый взгляд меняется всего лишь место серии буллитов в регламенте. Психологически хоккей при этом может поменяться довольно сильно. Другими станут восприятие ничейного счета, времени, риска, давления на фаворита, состояния вратаря и самой концовки матча. Вот мои 7 копеек как спортивного психолога. 1. Матч начнется раньше первого вбрасывания Представьте: 57-я минута, счет 2:2. Одна команда уже проиграла буллиты до матча. На табло равенство, а внутри у игроков вполне может звучать: «нам нужно забивать». Это уже другой хоккей. 2. Буллиты станут психологическим якорем Вратарь может пропустить два или три броска еще до первого вбрасывания. Нападающий может промахнуться и выйти на матч с этим эпизодом в голове. В статистике пока 0:0, а эмоционально игрок уже получил первую важную информацию о себе. 3. Концовки станут острее Команда, проигравшая буллиты, будет знать, что равный счет ведет ее в плохой сценарий. Чем меньше времени, тем выше соблазн форсировать игру. И здесь начнут особенно хорошо различаться команды, которые под давлением продолжают играть в хоккей, и команды, которые начинают спасать матч каждым следующим действием. 4. Андердог получит очень интересное оружие Выиграл буллиты у фаворита, удержал 0:0 два периода, и психологический рисунок уже меняется. Андердог чувствует, что время имеет ценность. Фаворит начинает ощущать, что время уходит. Иногда одно это способно сделать концовку намного тяжелее для более сильной команды. 5. Буллит станет другим упражнением Сейчас игрок выходит исполнять буллит с пониманием: вот этот бросок может решить матч. Перед игрой его цена отложена на будущее. Может пригодиться через два часа. Может вообще не пригодиться. Свободы в исполнении, вероятно, станет больше. Давления момента станет меньше. 6. У тренеров появится еще одна психологическая проблема После проигранной серии придется возвращать команду к состоянию 0:0. Особенно вратаря. Думаю, довольно быстро появятся специальные ритуалы и фразы для такого перехода. Потому что выйти на первый период с ощущением, что ты уже что-то проиграл, очень легко. 7. Самое спорное: что будет со зрелищем через полгода? Первые недели предматчевые буллиты почти наверняка будут привлекать внимание. Это новое событие, которое зритель гарантированно получает каждый вечер. А потом включается привыкание. Сегодня буллиты ценны еще и своей редкостью и ценой момента. Когда они происходят всегда, часть эмоциональной стоимости может постепенно исчезнуть. При этом у матча появится другая интрига. Сейчас при 3:3 зритель ждет: будут ли буллиты и кто их выиграет? При новом формате он будет знать ответ заранее и смотреть, сможет ли проигравшая серия команда этот сценарий изменить. Вот это мне кажется самым интересным. Предматчевые буллиты способны создать в хоккее скрытый счет внутри счета. На табло 2:2, а психологически для одной команды это почти «надо забивать». Будет ли от этого интереснее смотреть хоккей? Может быть. Но тогда мы обсуждаем уже гораздо более серьезную реформу, чем просто перенос буллитов в начало матча.

«Не бойся ошибаться». Спасибо. А как? Спортсмен выходит на площадку и слышит: – Играй смелее. Не бойся ошибки. Сказано с поддержкой. Но что именно ему теперь делать? Допустим, футболист боится отдать острый пас. Он видит возможность, но помнит: в прошлый раз потерял мяч, тренер развёл руками, партнёр что-то крикнул. Теперь выбирает передачу назад. Он ведь не забыл, что ошибаться можно. Он помнит, что бывает после. Особенно трудно поверить в разрешение на ошибку, когда оно действует только до первой потери. До матча – «пробуй». Во время – «ну куда ты отдаешь?!». Поэтому я бы начал с вопроса: «А чего именно ты боишься, если ошибешься?» Ответы могут быть разными. Оказаться на скамейке. Подвести команду. Услышать разбор по дороге домой. Решить, что снова оказался хуже остальных. За одинаковой осторожной игрой могут стоять совершенно разные опасения. А перед выходом полезнее дать понятный ориентир: «Если увидишь свободного партнёра впереди – пробуй передачу. Потеряешь мяч – сразу возвращайся в отбор». Здесь уже есть действие. И есть следующий шаг на случай ошибки. Не нужно сначала становиться бесстрашным, чтобы начать играть. И ещё: разрешение ошибаться становится убедительным по тому, как мы встречаем уже совершенную ошибку. Что чаще слышали вы: «Почему не попробовал?» или «Зачем полез?»